Внутренний голос говорил Лоре не раскрывать карт, но она решила, что в мире нужно кому-то верить, иначе превратишься в параноика. Примером ей служил собственный отец. Он был один в своем расследовании и боялся довериться друзьям, не зная глубину заговора. Повторять судьбу отца Лора не хотела. Да и нужно было просто выговориться. Особенно о Ричардсе.

– Ричардс жив? – удивился Прек.

– Саша Вайнер сказала, что ему блокировали воспоминания. Сейчас он живет с бывшей балериной…

– Я не пойму, ты охотилась на Сашу Вайнер или вела с ней дружеские беседы? – хмуро спросил Прек.

– Видел бы ты своими глазами Клодиу и ту беременную девочку… Что-то происходит, Прек. Я уверена, что-то не так.

Лора пообещала, что будет держать друга в курсе событий, и прервала связь. Разговор помог собраться и успокоиться. Лора убедила себя сделать остановку и переночевать в отеле, набраться сил.

Ночью ей приснился собственный дом, где они живут с Ричардсом и дочерью, а на заднем дворе шелестит на ветру цветущий яблоневый сад. Сон был хорошим, теплым, домашним, если не считать, что лепестки, которые ветер срывал с яблонь, были кроваво-красного цвета, а на семейных фотографиях была изображена не Лора, а Джатта Ахенбах. Правда, во сне все это казалось нормой…

Лора не верила в знаки, но не смогла избавиться от чувства дежавю, когда, добравшись в Балтимор, увидела яблоневый сад на заднем дворе, откуда звонили ей организаторы. Не хватало лишь ветра и кружащих повсюду белых лепестков… вернее, кроваво-красных. Сам дом был небольшим, одноэтажным, с пологой черепичной крышей и белыми стенами. Да, не так Лора представляла себе это место. «Может быть, меня обманули?» – подумала она, начиная наблюдение за домом. Если бы в окнах не горел свет, то она точно решила бы, что это обман, но так…

Лора продолжала наблюдение всю ночь. К утру свет погас, но на улицу никто не вышел, наоборот, шторы на окнах кто-то плотно задернул изнутри. Лора с трудом удержалась, чтобы не позвонить Преку. Что она хотела сказать? «Кровососы! В доме, откуда звонили наши организаторы, живут кровососы!» Но Лора решила, что нужно сначала все проверить. К тому же что если у этих людей была просто долгая ночь и теперь они хотели отдохнуть? Разве только кровососы не спят по ночам? Может быть, к полудню люди проснутся и выйдут на свет божий? «Нужно подождать», – сказала себе Лора.

Но наступил полдень, за ним вечер, а шторы на окнах в доме по-прежнему были задернуты. Потом город укрыла ночь, и хозяева дома проснулись. Снова зажегся свет. Лора вспомнила Сашу Вайнер, смотревшую на нее во время разговора свысока, не скрывая мерзкой, саркастической улыбки, от которой щеки вспыхивали гневным румянцем. Лора вышла из машины и пробралась к дому напротив. Она понимала, что лучше будет дождаться утра, когда на небе снова появится солнце, но не могла заставить себя ждать. Нет, хватит с нее.

Лора прокралась к окну. Она слышала голоса внутри. Мужчина и женщина. Нун и Амунет, правда, Лора еще не знала их имен. Не был ей знаком и язык, на котором говорила между собой эта пара. Затем они буквально почувствовали мысли Лоры. Не мог оградить от этого и вирус в ее крови. Лора затаилась. Кровососы и прежде пытались забраться ей в голову, но никогда еще она не встречала тех, кому бы это удалось. Не верила она и в слова Саши Вайнер, что Клодиу смог поставить в голове Ричардса блоки. Не верила, пока не увидела отца своего ребенка своими собственными глазами. Что ж, кажется, Саша Вайнер была права, и мир действительно глубже и сложнее, чем думала Лора. Вот только Лоре от этого было не легче. Особенно когда голову разрывает инородная воля – древняя и могущественная.