- Я бы действительно на вашем месте не обвинял себя настолько сурово, - мягко произнёс Веб. - Учитывая ваше происхождение, Руфь, настолько эмоциональная реакция на случившееся делает вам честь. Но вам также делает честь - по крайней мере с моей точки зрения - и ваша первая реакция. Сразу после случившегося.

Теперь ничего не понимала Руфь.

- А?

Обычно доброе лицо Веба было жёстким.

- Послушайте, принцесса, я буду говорить начистоту. Я понимаю людей вроде Виктора Каша намного лучше вашего. Я вовсе ничего не имел против лейтенанта Григгса и его солдат - на самом деле мне и самому сержант Хофшульте была довольно симпатична - однако я также ничего не имел и за них.

Он снова посмотрел на Берри.

- Так относится к Короне отец Берри. Он не винит королеву Мантикоры за все глупости, которые творят её министры от её имени, однако ни он, ни Кэти Монтень не ставят ей это и в заслугу.

Руфь отёрла слёзы и подняла голову с плеча Берри. Берри, откровенно говоря, было практически смешно. Немедленная реакция на любой вызов была как раз в характере Руфь Винтон. Будь вы прокляты, эмоции - вы можете подождать!

- Поподробнее, пожалуйста, - скомандовала принцесса, почти что выстреливая слова. - Я слышала как капитан Зилвицкий говорил Берри это же самое в день нашей встречи, но я не понимаю, как это относится к тому, о чем вы говорили.

Веб пожал плечами.

- Почему я, или Виктор Каша обязаны ставить жизнь мантикорского солдата - или жизнь состоятельного эревонского туриста - выше жизни раба?

Его лицо теперь было твёрже камня.

- И почему, кстати, так поступаете вы? Учтите, что лейтенант Григгс - и сержанты Хофшульте и Буланчик - по крайней мере имели право выбрать свою потенциально опасную работу добровольно. Поинтересуйтесь у любого из рабов "Рабсилы" - вроде тех тысяч и тысяч рабов на Конго, работа которых почти наверняка заберёт их жизнь в ближайшие несколько лет - предоставлял ли им кто-либо когда-либо такое право вообще? - Он кивнул на Берри. - Или спросите её, предлагали ли ей, когда она родилась, добровольно пожить в катакомбах Земли? Или спросите свою мать, предлагал ли ей кто-либо добровольно стать масадским движимым имуществом женского пола?

Веб насмешливо фыркнул.

- Боже, как я люблю "чистую мораль" сильных и богатых. Вы немедленно готовы лить слёзы по людям своего круга. А после этого даже не взглянете второй раз на тех, кто ниже вас, пусть даже они умирают каждый день, изо дня в день, из года в год. Такие люди не стоят даже вашего пренебрежения, не правда ли?

Руфь высвободилась из объятий Берри и выпрямилась, сердито и быстро утирая последние слёзы.

- Веб, это несправедливо!

Дю Гавел пристально посмотрел на неё.

- Да, на самом деле это несправедливо - по отношению к вам. По сути, весьма несправедливо. И я уверен в этом из-за того, как вы отреагировали, когда поняли, что Каша что-то задумал.

Руфь уставилась на него. Каменное лицо Веба внезапно было расколото доброй улыбкой.

- Имейте это в виду, принцесса Мантикоры. Тот самый поступок, за который вы сейчас клеймите себя "предательницей", по сути дела именно то, что заставляет бывшего раба "Рабсилы" ощутить стремление доверять принцессе. А я не так часто испытываю подобные ощущения, могу вас заверить. Я обычно доверяю высокопоставленным людям ничуть не больше, чем мог бы доверять змее. В этом отношении - у рабов много горьких воспоминаний - я, если как следует разобраться, на самом деле мало чем отличаюсь от Джереми Экса.

Руфь повернула голову и уставилась на Берри. Та улыбнулась и пожала плечами.

- Он правду говорит. И я действительно думаю что тебе, когда выпадет случай, следует поговорить об этом со своей матерью.

Руфь скривила губы.

- Моей матерью.