– Но камешки… Вряд ли мужчина носил бы часы с камешками. Это больше походит на женское украшение!

– Эх, Ева! Если бы вы только знали, какие разные у людей вкусы и пристрастия!

Ева замолчала, обдумывая что-то свое, пришедшее ей в голову в связи с часами.

Ветер почти разогнал облака, и солнце очень ярко светило, било прямо в глаза. Славка надел темные очки, а Ева все время щурилась.

– А как вы думаете, Всеслав, если это убийца потерял часы, а потом вернулся за ними, он бы стал их снова носить?

– Не знаю, – Славка пожал плечами. – Возможно…

– Но ведь его могут узнать по этим часам?

– Это только в случае, если кто-то их совершенно случайно видел возле трупа и запомнил, как Наумов. А это совсем не обязательно. И потом, убийца – если это были его часы – мог и не знать, что кто-то был в доме Матвеева до того, как он вернулся за ними. Хотя… думаю, из чувства предосторожности он спрячет часы или избавится от них. Зачем ему рисковать? Сейчас он затаился и ждет, как будут развиваться события.

– Да… в таком деле лучше перестраховаться, – кивнула Ева.

– А может, это вовсе и не убийца потерял часы, – сказал Славка.

– Как? А кто же тогда? – удивилась Ева.

– Мало ли… Вот Наумов забыл возле трупа трость, но Матвеева он не убивал.

– Вы уверены?

– Не на сто процентов, но… У меня чутье, когда люди говорят правду, а когда лгут.

– Вас это чутье еще не подводило?

– Пока нет. Вы любите своего мужа? – неожиданно спросил Смирнов и посмотрел на Еву.

Она слегка покраснела и покачала головой.

– Это нечестно.

– Что нечестно?

– Проводить эксперименты на мне нечестно! – возмутилась Ева. – Как вам не стыдно?!

Она чуть не плакала от возникшей внезапно обиды. Какое он имеет право?

Смирнову и в самом деле стало стыдно. Ну чего он пристал к женщине?

– Простите, – сказал Славка, останавливаясь.

Впереди стояло много машин. Он высунул голову в окно и стал что-то рассматривать.

– Что там такое? – спросила Ева, чтобы сгладить возникшую неловкость.

– Пробка, – ответил Смирнов. – Веселенькое дельце! Придется теперь торчать тут неизвестно сколько… Невезуха! Ну ладно! Нет худа без добра. Давайте поговорим спокойно. Вы когда-нибудь видели у Матвеева слепого с собакой?

– Слепого? – Ева отрицательно покачала головой. – Хотя… Нет, не знаю.

– Денис Аркадьевич был хозяином собачьего клуба, в котором разводили и дрессировали самых разных псов. Может быть, он обучал собак-поводырей для слепых?

– Может, но мне об этом ничего не известно. Я узнала о клубе только после смерти Дениса. Да и цены на щенков и за услуги такие баснословные, что вряд ли инвалиды могут себе позволить приобрести и воспитать в клубе собаку. Я слышала от Олега, что школа по подготовке собак-проводников для слепых была в подмосковной Купавне. Но там собак, кажется, выдавали бесплатно. А сейчас… даже не знаю… Все вокруг изменилось, и это, возможно, тоже.

– А почему Олег говорил об этом? О школе для собак?

Ева задумалась, вспоминая.

– Не знаю… Просто зашел разговор, случайно. Мы скоро поедем?

Ей надоело сидеть в машине. Солнце сильно припекало, и в салоне стояла жара. Открытые окна не добавляли прохлады. Воздух над городом неподвижно застыл, горячий, пахнущий асфальтом, нагретым камнем, испарениями мокрой земли.