Дездемона задумчиво изучала Дейна. Она уже видела его во время отмены свадьбы и немного говорила на коктейльном вечере у Старка, но не знала его достаточно хорошо. Зато прекрасно поняла, что Старк считал его единственным другом.

Дейн был выше Старка, почти как Тони. Он во многом походил на Тони и вообще на Вейнрайтов. Стройный, грациозный, с длинными пальцами рук и патрицианскими благородными чертами лица. По традиционным меркам он был более привлекательным, чем Старк, но Дездемону это нисколько не впечатля-л0 — Она, к своему удивлению, обнаружила, что питала бранную и необъяснимую слабость к мужчинам, похожим на средневековых воинов.

— Должно быть, они оба испытывают неловкость от этой случайной встречи, — предположила Дездемона.

Дейн усмехнулся.

— Памела, пожалуй, да, но сомневаюсь, чтобы Старк испытывал что-то большее, чем обычное раздражение от светского собрания.

— Уверена, что и для него это тяжело. — Дездемона пыталась разглядеть сквозь толпу, что там происходило у буфета. — Надеюсь, он не устроит сцену.

Дейн кашлянул.

— Не волнуйтесь, он обойдется без сцен. На людях Старк сдержан, хотя я вообще никогда не видел его разъяренным. Он не очень эмоционален, по крайней мере, внешне.

Дездемона хмуро возразила:

— Она предала его у алтаря.

— Верьте мне, с того самого мгновения он вычеркнул ее, как ошибку. Памела стала всего лишь сигналом на экране его компьютера, временной помехой.

— Вы говорите о Сэме, как о компьютере или еще какой-то машине.

— Многие так о нем думают, — просто сказал Дейн.

— Это же ненормально. Старк, как и все, может глубоко переживать. Он просто умеет скрывать свои чувства, вот и все.

— Я знаю его дольше вас, Дездемона. Его отчужденность подлинна. Открою вам секрет, иногда я даже завидую ему.

— Это абсурд. Пожалуйста, извините меня. — Дездемона, развернувшись на каблуках, вышла через открытую дверь в сторону туалета. Она прикидывала, сколько времени Старку и Памеле понадобится для выяснения отношений и когда ей можно заявить права на своего клиента.

Она даже подумала, что ей делать, если Старк не захочет этого.

Возможно, Памела Бетфорд передумала выходить из игры.

Дездемона вошла в туалет, быстро огляделась и, убедившись, что комната совершенно пуста, облегченно вздохнула и села на бархатный стул у зеркала. Она долго рассматривала свое изображение. Ее собственные глаза сказали ей о многом.

— Дьявол, я влюбилась в него.

Слова прозвучали мягким шепотом в пустой комнате.

Дездемона вскочила на ноги и хлопнула ладонями по столу. Она вплотную приблизилась к зеркалу.

— Я в него влюбилась.

Слова прозвучали громко, эхом отдаваясь вдоль кабинок.

Гораздо лучше. Почти как Ричард III, бросающий вызов своей роковой судьбе.

— Это невозможно, — повторила Дездемона женщине в зеркале. — О'кей, я привязалась к нему, но я никак не могла влюбиться в него. Он моя противоположность. Маккаллум, возможно, прав, Старк не способен полюбить кого-то еще, кроме другой логической системы. Моя родня тоже права. Старк не из наших, Вейнрайты всегда женились только на себе подобных.

Дверь сзади открылась — вошла Памела. Дездемона в зеркале встретилась с ней взглядом.

— Я помешала? — мягко спросила Памела.

— Нет. Я разговаривала сама с собой. — Дездемона снова села на стул.

— Я подумала, что найду тебя здесь, — Памела подошла ближе, не сводя с Дездемоны глаз. — Старк ищет тебя.