Команда обменялась взглядами. Только Смитсон понял, о чем идет речь, и, несмотря на структуру своего тела, чуть ли не закостенел при мысли о том, что имел в виду Фурд.

— Вы правы, коммандер, — уверенно сказал Джосер (он выяснил, что прекрасно себя чувствует, говоря о чем-то неизменном, давая определение статичному, даже если то грозило их уничтожить). — Но, видите ли, Она набирает скорость быстрее, чем…

— Мы начнем погоню на ионной тяге, — погрузился в размышления Фурд, — а потом неожиданно переключимся на фотонную, совсем ненадолго, только чтобы Она оказалась в зоне поражения лучей…

— Коммандер! — заревел Смитсон. — Это чертов пояс астероидов! Корабли не включают фотонную тягу в поясе астероидов, даже «аутсайдеры»! В таких условиях корабли идут медленно, коммандер, ведь если они пойдут быстро, то сразу врежутся в какой-нибудь огромный камень. У меня есть идея получше. Почему бы просто не попросить Ее сдаться?

— …да, не нужно долго идти на фотонной, хватит максимум десяти процентов, это будет уже намного больше максимальной скорости «Веры» на ионном движке. Скажем… одиннадцать или двенадцать секунд на десятипроцентной фотонной тяге будет вполне достаточно.

Было совершенно непонятно, как Фурд умудрился проделать в уме все необходимые расчеты посреди разразившегося на мостике гвалта, но, похоже, он его просто не заметил.

— Коммандер, мы и трех секунд не продержимся. — Джосер заикался. Он ничего не вычислял, но знал — знал точно, — какой эффект произведет новая переменная на все то неизменное, чему он еще недавно дал столь исчерпывающее определение, даже если в идеале она поможет им выжить, а не погибнуть. — Это неприемлемый риск. Это не может… не будет…

— Скажите ему, Каанг, — предложил Смитсон. — Он ожидает, что вы проведете нас через пояс астероидов на фотонной тяге. Давайте послушаем вас.

— Хоть раз, — добавила Кир.

— Я — всего лишь пилот, — промямлила Каанг с несчастным видом. — У нас уговор.

— Скажите нам, — протянула Кир, — пожалуйста. Как пилот. Вы сможете это сделать?

— Возможно, но я не уверена.

— Уже лучше, — поведал Смитсон пустому пространству над своей головой. — Величайший пилот и слабейший человек Содружества выполняет приказы коммандера, который умер полчаса назад. Я хочу, чтобы все это занесли в протокол. — Он взглянул на Фурда и ради трагического эффекта понизил голос, погрязнув в жалости к себе. — Я не знаю зачем, в общем-то. Но хочу. Кто-нибудь когда-нибудь его прочитает.

— Я не собираюсь сидеть сложа руки, пока Она откалывает от нас по кусочку, — мягко заметил Фурд.

— А вы разве не этим занимались последние тридцать минут?

— Мы могли погибнуть в том бою, — ответил Фурд, по-прежнему не повышая голоса.

— Вы уже погибли, — пробормотал Смитсон.

— Коммандер, — спросила Кир, — вы же сами сказали, что Она может узнать наши мысли еще до того, как они придут к нам в голову. Что если мы используем фотонный двигатель, а Она повторит маневр? Что тогда?

— Тогда мы с Ней или выживем, или погибнем. Если выживем, то проиграем и ничего не добьемся. Если погибнем, будет ничья.

— Вы мне нравились больше, когда были живым, — сказал Смитсон.

В первый раз Фурд взглянул прямо на него:

— «Аутсайдер» не может умереть или выжить коллективно.