Время пошло снова, захлестнуло корабль, как мысли после комы. Фурд чуть ли не слышал, как мимо проносятся секунды; они летели по червоточинам коридоров, сначала медленно, но постепенно все больше прибавляя скорость. Следующая стадия боя уже росла из тела предыдущей.

— Я передаю вам останки корабля, коммандер, — сказал Смитсон. Еще никогда его голос не казался настолько уставшим. — С большинством повреждений справится ремонтная система, но не с ПМ-двигателем. О нем забудьте. Использовать его вы больше не сможете.

— Позиция «ноль семь»-«ноль четыре»-«ноль восемь», и быстро приближается.

— Смитсон…

— Знаю, знаю. Время. Я закончил уже.

Время. Как холодный сквозняк, дующий в коридорах. Смитсон спас корабль, но тот частично умер. Потерял одно из ядер сознания и двигатель; теперь время «Чарльза Мэнсона» утекало, его было мало, как у других, самых обыкновенных суденышек.

— Коммандер! «ноль шесть»-«ноль три»-«ноль шесть» и приближается.

— Да. Сколько времени осталось?

— Девяносто секунд, если…

— Тахл, Кир, всю энергию на орудия ближнего боя, все остальное не важно: сканеры, системы жизнеобеспечения, двигатели, все.

Он повернулся к носовой части экрана. Пока ничего не было видно. Да и не будет. Она пряталась под защитным полем.

— Пятьдесят секунд, коммандер.

— Не надо, Джосер. Не надо вести отсчет. Включите тревогу, когда останется двадцать секунд. Это все.

Она шла на высокой скорости, но все еще находилась ниже горизонта планеты. Экран показывал Гор 5, но симуляцию Ее приближения не вывел; сканеры работали менее чем на двадцати процентах мощности и смогли бы выстроить какую-то схему только тогда, когда «Вера» будет рядом. «Чарльз Мэнсон» продолжал кровоточить остатками ресурсов, кормя орудия ближнего боя. С этим он справлялся хорошо. Они уже почти набрали оптимальный уровень, словно раненое животное, отрастившее совершенную пару когтей для последнего сражения.

Забормотали сирены.

«Нет. Она этого не хочет. Мы должны делать, что Она хочет», — подумал Фурд и чуть не сказал это вслух.

— Кир, отмените мои приказы! Выключите все орудия ближнего боя.

— Коммандер?

— Тахл, выключите все, кроме экрана на мостике. Мы должны стать инертными. Ни двигателей, ни жизнеобеспечения, ни сканеров… — Когда Тахл вопросительно взглянул на него, Фурд отрезал: — Бинарные Врата. Сами сообразите. Кир, выключайте орудия ближнего боя, сейчас же! Подчиняйтесь!

Рев затопил мостик, и что-то поднялось над горизонтом Гора 5.

Пятно пустого пространства, похожее на космос вокруг, но взгляд падал на него словно под другим углом, оно как будто пришло сюда из другого дня и сейчас летело прямо к ним.

Остановилось, посмотрело на них…

И пронеслось мимо. Фурд выругался, когда экран взорвался светом, и фиолетовое сияние осело на глазах каплями расплавленного железа. Когда же зрение вернулось, экран все еще тасовал фильтры, а «Чарльз Мэнсон» покачивался в кильватерном следе «Веры».

С тех пор как Смитсон вывел из строя ПМ-двигатель, инертная ракета висела почти рядом с кораблем; ни времени, ни ресурсов уничтожить ее не осталось. Когда Она вышла из-за горизонта, снаряд тихо разрушился до основания.

«Вера» тоже исчезла. Ушла прямо в систему Гора.

На мостике повисла тишина, но у каждого она была разная. У Джосера — от некомпетентности, у Каанг — от удивления, у Тахла — из-за нежелания комментировать, Кир безмолвно обвиняла (вы говорили, что Она пойдет в ближний бой, коммандер.