Ощупав себя и размяв затекшие конечности, я догадался, что меня снова воскресили. На запястье больше не было ограничителя магии. Раны на теле затянулись, но внутри все оставалось надорванным и чувствительным.

Мора упала в портал, который вел черт знает куда. Она не в замке теней, в этом я уверен. Нить связи между нами сильно натянулась, а значит, Мора находилась невероятно далеко.

Я потер заспанные глаза ладонями и зевнул. Всего несколько секунд, и я встану. Я найду ее и заставлю Аймона умирать на коленях, медленно, мучительно истекая кровью. Ради Моры я должен покончить с ним раз и навсегда. Восстановить барьер, вернуть всех мертвецов туда, где им положено находиться.

Но куда, черт возьми, он спрятал Мору?

Сорвав с себя одеяло, я поднялся на ноги, и кровь тут же прилила к конечностям. Я встряхнулся, причесал растрепавшиеся волосы и умылся. Я очнулся в медицинской комнате, а значит, меня не только воскресили, но еще и подлатали. Как же надоело умирать…

В замке теней стояла тишина, хотя утро уже вступило в права. Похоже, некромансеры отсыпались после вылазки в Меридиан. Да как они смеют?!

Пока Мора застряла непонятно где, они отдыхают! Ценный член их небольшого Дома, одна из самых сильных ведьм находится в лапах злодея, а они даже не разбудили меня, чтобы вместе придумать план?!

Я задышал так тяжело, что аж ноздри раздувались. С убийственной уверенностью я топал к лестнице, которая вела на верхний этаж, где располагались спальни. Ни один маг не будет спать, пока мы не составим план по возвращению Моры!

Я не мог ее потерять.

– О, Ратбоун! Уже очнулся? – добродушно воскликнул спускающийся по лестнице Александр.

И это взбесило меня еще сильнее.

– Какого черта? Где все? Где Мора?

– Полегче! Большинство еще спят, у нас была тяжелая ночь, – сказал он и шикнул на меня. – Не буди!

Я схватил некромансера за воротник его домашней фланелевой рубашки и вжал в стену.

– Отвечай! Почему вы еще не нашли Мору?

Александр шокировано на меня смотрел, но не отвечал. Ярость взяла надо мной верх, хотя, скорее всего, это был замаскированный страх, и я начал душить некромансера. Ниточка завета больно натянулась, и сердце прострелила тоска.

Магия теней цапнула меня в недавно раненое плечо, и от предплечья до кисти все онемело и начало синеть. Я сжал зубы, чтобы не закричать от боли. Когда она стала нестерпимой, я отпустил Александра, и он оттолкнул меня в стену.

– Я прощу тебе эту выходку, потому что ты глупый, по уши влюбленный сопляк, но если тронешь меня еще раз, окажешься в Покрове навсегда. И даже Мора тебя оттуда не достанет. Понял? – зарычал он.

Пыл ярости слегка утих, и я понимающе кивнул. Будучи магом крови, сыном Миноса, я не сомневался в угрозах, летящих в мою сторону.

Александр поправил рубашку, поглядывая на меня с опасением. Я так и не получил ответа на свой вопрос, поэтому, стиснув зубы, отчеканил:

– Где. Она. Сейчас?

– Она в Покрове, – спокойно ответил он. – До этого была в изоляторе, куда ее перебросил Аймон. Наша охранная система обнаружила проникновение на территорию тюрьмы, когда Мора вышла из портала. Он и вокруг ее камеры поставил щит, и нам требовалось некоторое время, чтобы его пробить.

Ладони похолодели. Александр тут же спохватился и добавил:

– Она жива. Хотя вообще-то чисто технически мертва… Благодаря тому, что барьер истончился, она сумела проникнуть в Покров к своей матери и прабабке. Мора ищет ответы. В кои-то веки я ею горжусь.

Я медленно выдохнул, как выпускают кислород из шарика, и нащупал стену. Опершись на нее, я попытался усмирить бешеный пульс.

Она в Покрове. Более того, Мора наконец сможет проститься с Тамалой. И там до нее Аймон вряд ли сейчас доберется.

Я закусил губу и тихо выругался.