Шли часы, но ничего не менялось. Магда приходила и уходила, сокрушалась из-за того, что Рикка не ела, и бросала все более сердитые взгляды на Дракона. Такие же взгляды стали бросать на него и другие женщины. Он воспринял это как знак того, что люди не верят в вину Рикки.

День тянулся очень медленно. Дракон говорил себе, что, пожалуй, не найдется такого глупца, который посмеет подойти к Рикке, чтобы причинить зло. Тем не менее он находил то один, то другой повод, чтобы выйти во двор. Магнус встретился с ним в полдень и спросил, не заменить ли Дракона на тренировочном поле. Ярл согласился, и Магнус ушел.

Казалось, солнце неподвижно висит в небе.

— Идите поспите, — посоветовала Магда, собирая для Рикки еду, от которой та скорее всего откажется.

— Выясни, почему она не ест, — сурово скомандовал викинг.

Вытащив точильный камень, он устроился перед конюшней и стал точить меч. Он часто этим занимался, так что ни у кого не должно возникнуть подозрений. Маврский меч был поистине изумителен, и это позволило ему на некоторое время отвлечься от тревожных мыслей.

Стало тепло. Он заметил, что жена переоделась в свежее Платье и снова попыталась поесть. Магда выполняет свои обязанности. Из загона донеслось ржание Грэни и Слейпнира. Лошади не успокоились до тех пор, пока он не подощел к ним и не угостил яблоками. — С ней все в порядке, — тихонько сказал он животным. — Со мной дела обстоят не так хорошо, но я не думаю, что это вас обеспокоит.

Лошади покачали головами, по-видимому, соглашаясь с хозяином.

Солнце склонялось к закату, и Дракон начал задумываться, как выдержит без сна вторую ночь. Неожиданный крик с башни заставил его подняться наверх. Часовые стали показывать на дорогу, которая шла из города в поле.

— Господин, поглядите!

Присмотревшись, Дракон увидел двух мужчин, толкающих тележку, в которой обычно возят инструменты. Они отчаянно размахивали руками. Было очевидно, что мужчины чем-то очень взволнованы.

Дракон быстро вывел из конюшни Слейпнира, взял с собой полдюжины воинов и выехал, чтобы разобраться, что произошло в поле.

— Мы нашли его в овраге возле реки, — объяснил один из крестьян, показывая на тележку.

Дракон подошел поближе, приподнял одеяло из грубой шерсти и увидел тело человека. Покойник был среднего роста, лет двадцати пяти, у него были длинные каштановые волосы. Он в точности соответствовал тому описанию, которое дала Рикка, когда рассказывала о мужчине, которого она помнила по Вулскрофту.

Его глаза были закрыты. У правого виска виднелась рана, которая, по всей видимости, и стала причиной его смерти.

— Взгляните на его запястье, господин, — сказал другой крестьянин.

На покойнике была простая рубашка и штаны. Обнажив левое запястье покойника, Дракон увидел татуировку… Две переплетенные змеи, пожирающие друг друга.

— Прошу прощения, господин, — смущаясь, произнес крестьянин, — но леди Рикка говорила, что кто-то утащил ее из конюшни силой и что она видела двух змей…

Дракон испытал такое облегчение, что у него закружилась голова. Во мраке ночи он победил свои сомнения и поверил ей, а сейчас получил подтверждение того, что поверил не напрасно.

Но невиновности Рикки он радовался недолго, потому что на смену пришел неописуемый гнев. Впервые в жизни викинг понял, что двигало легендарными берсерками — неистовыми скандинавскими воинами, которые на поле боя переставали быть людьми и жаждали лишь одного — убивать.

Если бы этот человек из Вулскрофта был сейчас жив, Дракон, скорее всего, убил бы его на месте. Неизвестно, какие секреты унес с собой покойник. Но не составляло большого труда сделать вывод, что означало его присутствие в Лансенде.