Гм… Блин, а Игнатьев приносит мне удачу. Сколько халявных денег! Да я на эти средства свою десятку опричников в броню поприличнее одеть сумею, да и вообще — лишних финансов не бывает. Вот только что она хочет предложить? Если какая-то грязь, то откажусь, но если нет, то можно и выслушать… Коли толстосумы сами не прочь расстаться с деньгами, то кто я такой, что бы им мешать?

— Я — само внимание, — улыбнулся я.

— Ты должен одолеть Игнатьева максимально унизительным образом, — начала Бестужева. — Оставляю на твоё усмотрение, как именно ты это сделаешь. Но паренёк должен проиграть просто разгромно — так, что бы ни у кого ни единой мысли о том, что у него были хоть какие-то шансы на победу. Сумеешь?

Ну, что-то такое я собирался провернуть — нечего было говнюку предлагать такие условия нашего пари. Но если приятное так отлично совмещается с полезным…

— Знаете, это не простая просьба, — вздохнул я. — Говорят, он один из самых одарённых молодых магов Александровска…

— Три тысячи, — не моргнув глазом, ответила она.

— По рукам, госпожа Бестужева, — расплылся я в улыбке.

— С тобой приятно иметь дело, молодой человек, — отзеркалила она мою улыбку. — Тогда я добавлю эти деньги к твоей ставке, хорошо? Что бы добавить тебе мотивации, так сказать.

Интересно, чем таким разозлил её Антон Игнатьев? Всё ведь предусмотрела, змея — теперь мне обязательно нужно победить так, как она желает. Иначе, если она потребует возврат средств в связи с тем, что я не выполнил поставленные условия, я окажусь ей должен. А с ней надо иметь ухо востро…

Через пол часа все ставки были сделаны, и народ пришел в движение — по моему, исход нашего поединка волновал присутствующих даже больше, чем вопрос кто победит самом соревновании. А ведь наш поединок — лишь один из полуфиналов…

— Бестужева поставила на тебя двадцать тысяч, — шепнула мне на ухо Хельга. — Причем заключила персональное пари с начальником штаба полка, утверждая, что это будет полный разгром. Да и вообще — все присутствующие что-то разошлись в размерах ставок.

По яркому румянцу на щечках девушки было очевидно, что её увлекло всеобщее оживление и азарт. Ишь, как зелёные глазки возбужденно сверкают! Ну смотри внимательно, красавица, я покажу интересное зрелище!

— Какой коэффициент на меня? — поинтересовался я у Лаврентия, подошедшего чуть позже.

— Та-а-ак… — заглянул тот в свой блокнот. — Два и семь на победу тебя, один и шесть на Игнатьева! Это отличный шанс! Большинство ставит против тебя — особой известностью ты даже в батальоне не пользовался, не говоря уж о полку, так что это играет нам на руку!

Ну да, они ж не видели, каков я в настоящем деле. Ну а то, что победил в батальоне — так и остальные победили, плюс у моего противника имеется определённая репутация, тогда как я тёмная лошадка. Честно говоря, я ожидал коэффициентов посерьёзнее, но Рысаков и его друзья окучивали только курсантов, так что десятка Хельги серьёзно поколебала цифры. Всё же не все тут богачи, далеко не все… А уж офицеры и вовсе ставили отдельно — к ним Лаврентий соваться не дерзнул.

Даже рядовые оживлённо гудели — видимо, их тоже зацепило происходящим. Надеюсь, мои ребята на меня поставили?

Наконец, все приготовления были завершены и я с изрядно раздражённым коротышкой предстали друг перед другом на расстоянии десяти метров. Судьёй вызвался быть аж командир полка — даже его затянуло в эту лихорадку… Что ж, по крайней мере, таскать на себе защитные артефакты не придется — Младший Магистр без труда сумеет защитить двух Учеников, какими бы они ударами не обменивались.