Вдруг Флой встрепенулась, повернулась к своим собеседницам и, словно по мановению волшебной палочки снежной королевы, снова стала холодна, как дождь за окном. И если бы он не видел это своими глазами, он бы никогда не поверил, что секунду назад на ее щеках был румянец, а в глазах – огонь. Прятать свои чувства и мысли Флой умела.

Ладно, решил Клод. Какая ему разница, о чем она думает?

Между тем он больше не спешил уйти и неуверенно мялся возле двери, за которой его ждала долгожданная свобода. Наконец он медленно развернулся в сторону Флой и пошел к ней. Она заметила, что он приближается, но ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она любезно смотрела на одну из женщин, которая говорила ей что-то низким голосом. Клод остановился в нескольких шагах и стал вслушиваться в их разговор.

– Я никак не ожидала увидеть тебя здесь, Флой. Насколько я знаю, ты… как это сказать? Спустилась на несколько ступенек вниз по социальной лестнице.

– Я бы сказала, до самой нижней ступеньки, – вступила в разговор высокая блондинка. – На самое дно, – жестко прибавила она.

Все женщины засмеялись тем особым смехом, который можно услышать только в высшем обществе. Как будто все смеются над удачной шуткой, но при этом один человек всегда чувствует себя униженным, и на этот раз это была Флой.

Сердце Клода сжалось. Флой спокойно смотрела на смеющихся над ней женщин, и казалось, что она выше этих насмешек.

– Мы все слышали о завещании, – сказала третья, с трудом скрывая свое ликование. – Неужели твой дедушка, правда, оставил тебя ни с чем, завешав все свои деньги твоей матери?

Флой хладнокровно смотрела ей прямо в глаза.

– Ну и что? Мне не нужны ничьи деньги.

Вес трое дружно разразились смехом, как будто она сказала что-то очень смешное. Флой плотно сжала губы.

– Ты всегда умела меня рассмешить, – сказала первая, давясь от смеха.

– А у твоей мамы, похоже, все в порядке, – произнесла блондинка, вглядываясь куда-то в толпу.

Клод не мог понять, на кого она смотрит.

– Благодаря деньгам твоею дедушки, победа на следующих выборах ей гарантирована.

– Не сомневаюсь, – ответила Флой.

О чем они все говорят? Клод ничего не понимал. Но, глядя в глаза Флой, одно он понял наверняка. Насмешки причиняют ей нестерпимую боль. Язвительные комментарии ее жестоких собеседниц достигают своей цели и ранят ее в самое сердце.

Лучше бы он не видел этого. Ему нужно было уйти, как он и собирался. Почему он этого не сделал?

Одна из дам похлопала Флой по плечу.

– Молодец, что так хорошо держишься. Зато у тебя есть твои сногсшибательные наряды, – сказала блондинка, завистливо оглядывая платье Флой. – Кстати, теперь они тебе не нужны в таком количестве. Ты, наверное, будешь реже выходить. Отнеси несколько в «Секонд-хэнд». Получишь немного денег.

– Спасибо за совет, – ледяным голосом ответила Флой.

– Но ты не волнуйся, мы будем приглашать тебя иногда на обед.

У Клода руки чесались схватить этих трех ведьм и выкинуть их из клуба. Еще несколько минут назад ему казалось, что Флой отлично вписывается в их компанию, но теперь он видел, что между ними пропасть. Она больше не выглядела для него как кукла. Он была живая. И ей было больно.

– Спасибо, что беспокоитесь обо мне. Я действительно тронута.

На этот раз только Клод усмехнулся.

– Но не волнуйтесь. У меня все хорошо.

С этими словами она развернулась и пошла прочь. Прочь от них и от Клода. С гордо поднятой головой она неторопливо проследовала к выходу и исчезла за дверью, растворясь в ночи.