Она купила его на распродаже домашних вещей за бесценок и была абсолютно счастлива, как вдруг услышала низкий мужской голос:

– Довольна собой?

Флой поставила столик. Клод стоял на самом верху лестницы. На нем были темно-синие джинсы, которые знавали и лучшие дни. Они сильно полиняли и были порваны на коленях. Но сидели они па нем как влитые, мягкая ткань плотно облегала каждый мускул его мощных бедер. Майка выскочила из-под ремня легких летних джинсов, обнажая тонкую полоску упругого, подтянутого живота.

Ее собственный напрягся в ответ.

– Да. Я собой довольна. – Немного отдышавшись, Флой снова подняла столик.

– Что это?

– Кое-что, что я выгодно приобрела. Нравится?

Он уставился на нее.

– Очень.

– Я имела в виду столик.

– А-а!

– Его сделали еще в начале века. Правда, прелесть?

– Правда, – мрачно сказал он и взял столик у нее из рук, засунув его подмышку словно игрушку. Он прошел прямо в ее спальню.

Клод подошел к кровати и поставил столик рядом с таким грохотом, что одежда, висевшая на спинке кровати, упала на пол. Флой молча повесила ее обратно и посмотрела на Клода, который топтался на месте, как будто собирался ей что-то сказать.

– На этой неделе испарения от краски будут очень сильными, – наконец сказал он.

– Не страшно.

– Шум и пыль…

– Не страшно, – повторила она, глядя, как желваки заходили возле его скул.

Интересно, почему? – подумала она. Если он ее хотел, то сам был виноват в том, что у них еще ничего не было.

– Я слышал, что Кэтрин и Мэгги предлагали тебе пожить у них…

Она подняла руку, прервав его, и спокойно улыбнулась.

– Я остаюсь.

– Послушай, принцесса, я хочу сказать, что это место не будет соответствовать твоим запросам.

Она засмеялась.

– Оно никогда не соответствовало моим запросам, поэтому я его ремонтирую.

– Все-таки я считаю, что тебе следует съехать на время, пока мы не закончим.

Она молча уставилась на него, пытаясь понять, что им движет. Неужели он тоже, как и она, начинает испытывать дискомфорт оттого, что они вместе изо дня в день?

– Ты просто не хочешь, чтобы я болталась у тебя под ногами.

Он закрыл глаза, потом открыл их.

– Проблема не в том, что я не хочу тебя под ногами, а в том, что я хочу тебя подо мной.

Мгновенно жар окатил ее лицо.

– Зачем ты это делаешь? – чуть не плача, спросила она его. Ее колени подгибались, сердце колотилось с бешеной частотой.

– Что делаю?

– Напоминаешь мне каждым взглядом, каждым словом, что между нами…

– Что я такого сказал? – спросил Клод, притворяясь невинным.

– Ты специально заводишь меня, – резко сказала она. – Тот, кто сказал, что он не хочет женщину, не заводит ее.

– Я никогда не говорил, что не хочу, принцесса. – Он приблизился к ней настолько близко, что она могла ощущать его дыхание. Его пальцы скользнули по ее коже. – Наша проблема в том, что у нас разные желания.

– Ты уверен? – Она встретила его горящий взгляд. – Мы же не обсуждали это.

– Ты хочешь обсудить это? Хорошо. Я хочу провести с тобой одну ночь. Я хочу ощущать тебя подо мной, раскинувшейся на постели, с откинутой назад головой, слышать, как ты кричишь мое имя, в то время как я ласкаю и целую каждый сантиметр твоей дивной кожи. Я хочу раствориться в твоем теле.