Иштван догадался, что манипуляции с серпом – любимое дело друида.

"Конечно, – подумал он. – А чем еще заниматься в дремучих лесах за неимением девственниц?"

– По-моему неплохой план, – подтвердила валькирия. Она только что с трудом спустилась с верхушки скалы, куда улепетывала от хищников.

– Пора воскресать, – вдруг произнес кто-то рокочущим голосом. В тембре говорящего ощущались звериные нотки.

Один из львов вдруг поднялся и, пьяно покачиваясь, отошел от костра. Другой, освежеванный и порубленный на части, конвульсивно дергался. Со всех сторон к нему подползали кусочки плоти. Они с противными чмокающими звуками присасывались к телу зверя, образовывая новые ткани.

– А ну, отдайте, браконьеры! – потребовал третий лев, мясо которого вовсю резвилось в желудках у людей.

Иштван с ужасом почувствовал, что в кишечнике хаотично ворочается пища.

– С чего бы это отдавать? – возмутился он. – Мы законно вас убили. Имеем право…

– Убить, – сухо сказал хищник. – Вы имеете право нас убить, победить в равной или неравной схватке. Но читать вы не умеете.

– Чего? – не понял друид.

– На знак бы посмотрел, – лев кивнул обеими головами в сторону небольшой таблички, установленной на каменном посохе посреди горной тропы.

– "Льво-фениксы самовосстанавливающиеся", – прочитала валькирия. – "Ни в коем случае не жрать! Чревато угрозой для органи…"

Закончить она не успела. Воительницу громко стошнило прямо в костер. За ней подобным же делом занялись и другие герои. Иштван держался до последнего. Еще бы – желудок ведь закален обильными возлияниями алкоголя. Но и он признал неприкосновенность зверей.

Вскоре место у костра приняло довольно неприятный вид. Пахло настолько противно, что путешественникам пришлось убраться оттуда на добрые метров пятьдесят.

Один из хищников последовал за ними.

– Ну как там, в большом городе? – спросил он, стиха порыкивая и вылизывая лапу сразу двумя языками.

– Все по-старому, – сообщил вампир. – Как всегда.

– А, – кивнули две львиные головы. – А зарплата как?

– Тоже без изменений, – на этот раз ответил колобок.

– Поднимать не собираются?

– Не-а, – отрицательно покачала головой воительница. – Подумать только, мы здесь умираем во имя каких-то героев, а жалование не изменяется.

– Вы умираете… – сокрушенно вздохнул двуглавый лев. – Мы тут мрем по несколько раз на день. А зарплату нам за полгода задолжали.

– Не весело, – суммировал друид.

На этих словах, оказавшихся прощальными, герои двинулись вперед.

Пещера ведьмы совершенно не отличалась от сотен других горных расщелин. Вот только у входа торчали две деревяшки, щедро утыканные прибитыми к ним черепами людей. Среди этого празднества костей пытливый взгляд мог бы обнаружить останки гоблинов, орков, темных эльфов и даже оборотней. Еще более цепкий взгляд точно распознал бы, что кости – ненастоящие. Искусно сфабрикованные подделки, изготовленные из прочного камня и кальция.

Подножие горы щедро оплетал дикий плющ. Сочно-зеленое растение свободно раскинулось по необъятным просторам. Кончики плюща терялись где-то в солнечной дымке, где исчезала верхушка.

Внизу веяло леденящим холодом – сказывалась близость заснеженного пика.