Монарх разъяренно сопит и всем своим видом показывает, что за порогом кабинета я получу по шее.

– Было бы не до смеха, если бы разрушительное колдовство Творцов прорвалось и в другие миры, – Вельзевулон не замечает наших "гляделок" и безмолвного препирательства. – Потому разобравшись с ним, ты сам приставил себя к званию героя Валибура.

– Вот это д… – захлебываюсь от восторга.

– Конечно, подобный расклад не освобождает тебя от Трибунала, но… – Чердеговский, кажется, сейчас начнет сиять, точно магический светильник. – Демоны-судьи будут к тебе благосклонны. Так что…

Облегченно вздыхаю и разрешаю себе свалиться в мягкое кресло. Потрескивает дорогая ткань, сидение гостеприимно принимает меня в теплые объятья.

– Сильно не прельщайся, – хват-генерал поднимает коготь указательного пальца и указывает в потолок. – Трибунал назначен ровно через месяц после этого дня.

Расстроено постанываю, но уже не столь обреченно. Спасибо Вельзевулону, да будут вечно острыми его замечательные рога!

– Кроме того никто не смог восстановить твое звание, – печально сообщает Чердеговский. – Но замок и фамильный герб тебе вернули.

Ага, вернули, сволочи. После того, как разрушили имение почти до самого основания. Изумительно хорошие граждане. На тебе, дорогой преступник, и герой заодно, Валибура – получай свои владения обратно. Мы их слегка подпортили. Но вид не главное, правда ведь? Главное – великодушный жест. Уроды правительственные…

– Так что сейчас ты обычный рядовой, – улыбается демон. Улыбка состоит из черных губ, двух сотен клыков и длинного языка со множеством кончиков. Невероятно дружелюбная картина, даже тошно становится. – Зато на целый месяц ты свободен! Тюрьма, конечно же, заливается горчайшими слезами по твоей душонке, то тридцать восемь дней свободы я тебе гарантирую.

Он требовательно смотрит на меня и слегка хмурится. Ждет, зараза, когда подчиненный начнет его благодарить.

– Спасибо, – едва выдавливаю из себя. – Но что мне теперь делать? Зачем свобода? Я без работы – никуда… А тут такое… Ведь согласно законам, хват-рядовой не имеет права быть главой Департамента и вообще структуры, большей мелкого подразделения.

– О том и речь, – восклицает Чердеговский. – Чтобы вернуть тебя на работу и прочее, мне необходимо отправить тебя на Курсы Самых Младших Офицеров! Пройдешь повторно, опять заслужишь звание и вернешься на свое законное место.

– Нет, спасибо, – поднимаюсь на ноги и двигаюсь к двери. – Лучше пусть меня засудят к серебряной камере. Но во второй раз я не вернусь в это кадетское пекло!

– Стоять! – громкий рык настолько силен, что воротник моего комбинезона трепещет, словно на порывистом ветру. – Ты пойдешь на КуСаМлОф! Иначе…

В воздухе потрескивают искры. Спиной чувствую, как между рогов демона генерируется ослепительная молния. Миг, и она вонзится мне в затылок. А потом искристый ворох незабываемых впечатлений. И голова с шуршанием осыплется мелким пеплом.

Резко возвращаюсь и хлопаюсь обратно в кресло. Опять потрескивает ткань, в нос ударяет легкий запах пропитавшейся холодным потом обивки.

– Трибунал Девятнадцати Демонов не может засудить к смертному наказанию офицера Управления, – почти ревет Чердеговский, – если он не совершил служебного преступления.

– У меня там, кажется, имелось превышение обязанностей и злоупотребление званием, – вздыхаю. – Как пить дать – засудят, и даже пикнуть не успею.

– Повторю тебе, идиоту, – разводит когтистыми руками Вельзевулон Петрович. – Большинство действий ты совершил по моему приказу.