— Лёша, это как-то неудобно, у каждого могут иметься секреты, — возразила мне подруга. — Я всё же пойду и, прошу, не останавливай! Личное пространство необходимо, иначе вскоре поссоримся.

Самойлова высвободила свою ладонь и уверенным шагом направилась на выход, у деверей обернулась и предупредила:

— Буду у тебя.

— Хорошо, — не стал с ней спорить.

— Какая она понимающая, — улыбнулась Ирина, когда звук шагов Вики затих. — Думаю, нам следует выпить. Разговор окажется непростым, даже в какой-то степени неприятным.

— Тогда лучше ограничиться кофе, — возразил я владелице особняка.

Романова позвала служанку и велела той принести бодрящий напиток. Пока мы дожидались заказа, разговаривали ни о чём. Да и после того, как чашки кофе перед нами горничная поставила, Ирина не спешит заводить разговор.

— Так о чём хотела переговорить? — пришлось брать инициативу в свои руки. — Заранее скажу, ни на что не претендую, несмотря, что многие считают нас братом и сестрой, по отцу. Ты из-за этого попросила Вику оставить нас?

— Не только, — выдохнула Ирина и нахмурилась. — Стоп, подожди, я чего-то не поняла! Это почему ты отказываешься от того, что тебе по праву причитается?

— Привык всего добиваться сам, — пожал плечами.

— Имея ресурсы это сделать легче.

— Вкус победы потеряется, — возразил ей. — Большинство посчитает, что любой достигнет высоты, имея за спиной мощные активы. Мне такое ни к чему, а в том деле, которым занимаюсь и его люблю, это даже повредит.

Ирина от моих слов оторопела и как-то растерялась. Она встала и прошла к окну, а потом вернулась, задумчиво на меня посмотрела и спросила:

— А что насчёт власти? Тебе же известно, что оказался в списках претендентов?

— На кой мне эта головная боль? — отмахнулся я. — Управлять империей, да ещё без команды единомышленников? Даже если бы таковые и нашлись, то всё равно бы не захотел. Это как добровольно променять собственную свободу. Надеюсь, ответы получила?

— Пока только вопросы, — отрицательно покачала головой молодая женщина. — Ты не перестаёшь преподносить сюрпризы и озадачивать.

— Вот таким уродился, — развёл руки в стороны, а потом хмыкнул и поинтересовался: — А что насчёт тебя? Насколько знаю, ты далеко не публичная леди, занимаешься собой и этим довольна. Разве не прав?

— Речь не обо мне, — поджала губы Ирина. — Догадываешься, что ни в чём не нуждаюсь. Императрицей точно не стану, меня в списки ни разу искусственный интеллект не включал.

— А ты об этом жалеешь? — уточнил я.

— Нет, но немного обидно, — честно призналась моя собеседница. — Хорошо, эту тему оставим, дядя ещё полон сил, на покой не собирается. Кстати, ты не согласишься подтвердить со мной родство?

— Если только не официально, — мгновенно ответил я, ожидая этот вопрос и уже подготовив на него ответ. — Фамилию менять не собираюсь, всё наследство мне осталось от родителей, ничего другого ни от кого не приму. Если же подтвердятся подозрения, то кем окажусь и в какое положение тебя поставлю? Ах, посмотрите, у госпожи Романовой есть брат, лишённый титула и самостоятельно зарабатывающий себе на жизнь. Бедняжку жаль, этот бастард такой позор семьи. Кстати, последнее вполне реально, если пойду по задуманному пути.

— А ты избери другую дорогу, обходную! — повысила голос владелица особняка.

— Зачем? Меня всё устраивает, — хладнокровно ответил, а потом добавил: — Слухи и сплетни в аристократическом обществе полыхнут как то пламя.