Сделав мысленную пометку прослушать автоответчик, Пэппа вернулась к разговору.

— Как же получилось, что Кристофер попал к тебе на ужин? — Она нахмурилась. Одному небу известно, какой допрос они ему учинили.

— Я пригласила его. Отличный парень, Пэпп. На твоем месте я бы не упускала его из виду.

— Я и не собираюсь.

Передав приглашение на семейный ужин, Мэг положила трубку. Пэппа немного подождала и набрала номер, который оставил ей Кристофер. Облокотившись на спинку кресла, она ждала. Ждала и ждала, но его номер не отвечал.

Вероятно, он на работе. Пэппа набрала номер прокуратуры.

Она ждала, уставившись на фотографии, и машинально считала гудки, пока секретарша не сняла трубку.

— Мисс Кертни, это офицер Палмер. Я бы хотела узнать… мистер Петри сегодня на работе?

Пэппа стала понимать значение выражения «мертвая тишина». Казалось, прошла вечность, прежде чем холодный голос в трубке проинформировал ее, что Кристофер Петри в прокуратуре больше не работает.

Она оцепенела и едва не упала с дивана.

— А вы не знаете, где его можно найти?

— Нет, офицер Палмер. Все, что я знаю, так это то, что он учинил скандал несколько дней назад и подал рапорт об увольнении. — После очередной паузы секретарь тихо добавила: — Я припоминаю, как мистер Эскобар говорил, что мистер Петри собирается куда-то уезжать из города.

Кошмар! Говорить больше было не о чем, и Пэппа положила трубку. Опустив голову на подлокотник, она залилась горькими слезами.

15

Наплакавшись, она решила рассуждать здраво и поняла, что глупо думать, будто он вздумал порвать с ней отношения. Она вспомнила ночь их любви на пляже, и тут ее осенило: он же говорил, что не удовлетворен работой. Еще он упомянул двоюродного брата, который приглашал его к себе.

Чувствуя облегчение, она потянулась к телефону. Она позвонит в справочную, узнает номер телефона его двоюродного брата и…

— И что? — Она не могла припомнить, чтобы Кристофер называл его фамилию. Побарабанив пальцами по аппарату, она сердито бросила трубку и откинулась на спинку дивана.

Она бы много могла высказать Эскобару. И ему, и этой девчонке! Но особенно ему. Если бы он не стал прислушиваться к капризам Венды, Пэппа спокойно дождалась бы Кристофера и с ним вернулась домой.

Так нет же! Она должна была ехать с глупой девчонкой и помогать ей «приспосабливаться».

Рассеянно поигрывая с колечком, прицепленным к золотой цепочке на шее, она в течение нескольких минут, таинственно улыбаясь, придумывала разные способы отмщения этим двоим, которых считала повинными в своем горе.

Вспомнив про кольцо, она почувствовала облегчение и расслабление. Она скрывала кольцо из-за девчонки, а теперь может и должна гордо носить его.

Хорошее настроение продержалось лишь до тех пор, пока она не прослушала все сообщения и через сорок пять минут не повесила трубку, договорившись о встречах с друзьями и убедив лейтенанта, что выйдет на работу через пару дней.

Потом она прошла в спальню и просмотрела все свои вещи. Так и не решив, что наденет вечером, она снова вспомнила о неделе, потраченной на дрянную девчонку. Поскольку Эскобар не позволил ей собрать свои вещи, ей пришлось одалживать ночную рубашку у Венды, а халат у миссис Уилсон. И каждый вечер, дождавшись, пока закончится мытье посуды и полоскание под душем, ей приходилось стирать свое белье.

«Не буду-ка я стирать все это снова, а выброшу в мусорную корзину», — подумала она, и рука ее потянулась к вешалке с блузкой и пестрой крестьянской юбкой. Она никогда снова не сможет надеть их, не испытав унижения той жуткой недели.