– Тогда ты понимаешь, что наше время истекает? Если в следующие сорок восемь часов ничего не изменится, может оказаться слишком поздно! Мы должны предотвратить катастрофу!

Нико ничего не ответил, он продолжал спокойно готовить себе завтрак.

– Послушай меня! Я перепробовала все, что могла. Я взывала к здравомыслию Хлои, убеждала ее, уговаривала. Я даже сменила тактику и начала вести себя так, словно этот брак представляется мне самым выдающимся событием со времен сотворения мира. Но ничего не сработало, и у меня иссякли идеи. Теперь все в твоих руках, Нико.

Он тяжело вздохнул.

– Я достаточно потрудился, Жаклин, – сказал ей бывший зять, засыпая кофе и наливая кипяток. – Говоря по совести, я не могу и дальше превращать жизнь Хлои в ад. Я пытался открыть ей глаза на то, что она делает. Но я не могу принять решение за Хлою.

– Ты мог бы, если бы предложил ей альтернативу.

– Тогда, пожалуй, скажу иначе. Я не буду делать этот выбор за нее. Я не должен стать причиной, по которой Хлоя отменит свою свадьбу. К такому решению ей следует прийти самостоятельно.

Нико разлил кофе по кружкам.

– Может быть, ты в состоянии спокойно смотреть на все происходящее, но я ее мать, и я не в силах! – воскликнула Жаклин, принимая из рук бывшего зятя кофе. – Она мой единственный ребенок, Нико. Хлоя уже достаточно настрадалась. Я не могу быть безучастным зрителем, наблюдая, как моя дочь все больше запутывается и обрекает себя на новые несчастья.

Нико сочувственно дотронулся до ее руки.

– Конечно, вы ее мама, Жаклин. Но Хлоя уже взрослая, она образованная, умная. Она лучше, чем кто бы то ни было, понимает, какую душевную боль может причинить неудачный брак. Если, несмотря на все понимание, Хлоя продолжает упорствовать и претворять в жизнь свои планы, то ни вы, ни я ничего не можем с этим поделать. Мы и так докучали ей достаточно.

Пелена слез заволокла глаза Жаклин.

– Во вторник вечером я так надеялась, что вы не зря провели время наедине. Когда пробило девять вечера, а ты все еще не привез Хлою домой, я подумала, что теперь ты не отпустишь ее до утра. Этого было бы достаточно, Нико. Хлоя бы отменила свадьбу. Но, разумеется, ты бы никогда не зашел так далеко без объявления о вашей помолвке.

По правде говоря, Нико было стыдно даже перед самим собой. Он ухватился за повод побыть с Хлоей, чтобы сделать еще одну, последнюю попытку изменить их судьбу. Ведь он все еще любил Хлою. Только что это за любовь, которая не приносит женщине ничего, кроме горя и душевных переживаний? По какому праву он опять ворвался в ее жизнь и перевернул все вверх тормашками?

Действительно ли им руководила любовь, или он просто хотел наказать ее? Ведь Хлоя была его законной добычей, и он не мог вынести мысли о том, что теперь она принадлежит другому мужчине. Не поэтому ли он отказался произнести слова, которые, как он знал, Хлоя очень хотела услышать, – «я тебя люблю»?

Жаклин маленькими глотками потягивала свой кофе, на ее лице читалось отчаяние.

– Честно говоря, Нико, не представляю, как я смогу вынести процедуру бракосочетания, – призналась она. – К счастью, торжественный ритуал будет вести свадебный церемониймейстер и там не будет всякой чепухи, вроде «не знает ли кто-то из присутствующих причины, почему эта пара не может сочетаться священным браком?». В противном случае я вряд ли смогла бы удержать язык за зубами.

– Пока еще остается шанс, что она придет в себя раньше, – сказал ее бывший зять. Желал бы он сам верить в ерунду, которую нес!

– Ты думаешь? – Луч надежды осветил лицо Жаклин.

– Я знаю, что Хлоя – женщина совестливая и слишком честная, чтобы вступить в отношения, связывающие ее свободу.