— Так я в клане.

Я достал книгу и чиркнул всего пару слов. К моему удовольствию, Барриан ответил почти сразу, наверное, заготовил все послание заранее. Вот только ответ пришел не мне, а Латрону. Глядя, как голгора бегает глазами по строкам, я все пытался угадать его настроение. От этого тоже много зависело. Поэтому, когда бывший недруг поднял взгляд, внутренне выдохнул. На лице Латрона была масса эмоций, среди которых угадывалось любопытство. Уже неплохо.

— Что это за «высшая цель» и «ради общего блага», из-за которых мне разрешают покинуть «Бешеных псов» без различных санкций?

— Дело в том, что у меня нет роги. А именно сейчас мне нужен разбойник. Единственный хороший рога, которого я знаю, это ты, — при этих словах в уголках рта Латрона заиграла улыбка. Ах, все-таки тщеславие — один из моих любимых грехов, — и то, что написал Барриан, правда. На тебя будет возложена непростая задача, а миссия, которая может повлиять на судьбу всего Альянса, — это я не соврал, а немного преувеличил. Кто ж этому недорослю судьбу Альянса доверит?

— Допустим, — поморщился Латрон, — мне-то что с того?

Нет, признаться, я был удивлен. Не меркантильности моего собеседника, на эту черту характера наоборот, возлагал большие планы. Меня обескуражило то, что все прошло так легко. Я был готов к спорам, крикам, возмущению, а голгора взял и согласился.

— Вот это я нашел в тайной комнате драмана, известного всему Локтру как Лебух, — появился увесистый мешочек с золотом на столе, — это плата тому, кто возьмется найти достопочтенного архивариуса. Заметь, я говорю, начнет искать, а не убьет, потому что информации о местонахождении будет более чем достаточно. Столько же этот игрок получит после того, как мы возьмем Лебуха.

— Думается мне, что, если бы задание было очень простое, его бы выполнил кто угодно.

— Именно. Потому что архивариус, как выяснилось, из «Черноликих», — при этом слове Латрон присвистнул, — а как ты понимаешь, они не очень публичны и найти их достаточно тяжело. Поэтому я хочу, чтобы этим занялся конкретный игрок, тот, кто своим упорством доставил мне довольно много беспокойства.

Голгора вновь усмехнулся, а я сдержался, чтобы не фыркнуть. Латрон еще не понимал, что уже был на крючке, согласился сам того не понимая. И дело не в деньгах, хотя для него, мне кажется, пятьсот монет сумма немыслимая, а в честолюбии. Его назвали лучшим, его похвалил недруг, ему предложили интересное задание, в котором он может проявить себя. Нет, от такого он не откажется.

— Это будет непросто, — не сводил с мешочка взгляд Латрон, — но можно будет попробовать. А что по поводу клана?

— Так как поиск Лебуха касается в первую очередь меня, то делиться информацией нужно будет только со мной. И, как ты понимаешь, без всяких сплетен это может делать только член моего клана.

— Странно это как-то, — признался Латрон. И именно сейчас, и именно в этом замечании, был он настоящий.

— Что бывшие враги будут в одном клане, — кивнул я, — скорее непривычно. Но нет ничего вечного, все меняется, друзья становятся врагами, враги приятелями, союзы распадаются, кланы объединяются.

— Хорошо, — кивнул Латрон, — что мне надо сделать?

— Для начала, вписать сюда свое имя, — подал я заявление на создание клана.

— Сейчас, с «Псов» выйду, — и произошло удивительное. Голгора не достал книгу, не стал что-то писать, а лишь снял значок собачьей головы, и тот сразу потускнел. Следом Латрон чиркнул в пергаменте и отдал его обратно, — готово.