- Убила? - спросила Касси. - Где это было? Я, кажется, припоминаю, о чем ты говоришь, у нас рассказывали.

- Под Усладой, бывшее Тариново, сейчас Джемово, да? - спросил Атис. Свери кивнула. - Про это даже у нас рассказывали. Ловко ты его, ничего не скажешь.

В кухню вошел Абсорбент, нервно подергивая хвостом.

- Ой, какой, - восхищенно сказала Свери, садясь на корточки. - Это чей? Местный?

- Это мой, - гордо сказал Атис. - Совсем секилявкой подобрал, и вон что выросло. Только не гладь, - поспешно сказал он, увидев, что Свери протягивает к коту руку. - Видишь, злится. Народу слишком много.

- Ко мне уже привык, а вы для него новые, к тому же, он наверняка чужой запах чует, - поддержала Касси. - Раздерет.

Она подождала немного, пока Свери убедится, что на кота лучше не покушаться даже Алмазным, и продолжила:

- Словом, вижу я, веселая у вас жизнь. У Атиса тоже на счету пара подвигов, в Кремове он в одиночку весь центральный офис сжег. А вот мне похвастаться нечем. Обычная директорская дочка, и если бы не пирамидка с семенами - наверное, убили бы вы меня и даже не заметили.

- Наверно, - просто ответила Свери. - Хотя женщин мы убивали мало. Раз шесть было.

Атис смотрел на нее с ужасом.

- И ты так спокойно про это говоришь? - пробормотал он.

- Ты тоже, вроде, людей каких-то сжег, - возразила Свери. - И чего?

- Да не жег я никого! Вранье это, надоело уже, - отмахнулся Атис. - Бензоколонку я сжег. Горючку. Ну и здание запалил, случайно. Огонь перекинулся, наверное. Никого там не было. Умом тронуться можно с вами!

- Ладно, ладно, - примирительно сказала Касси. - Слушайте, неужели вам никого никогда даже не было жалко? Атис, помнишь, ты рассказывал, как у машиниста, бывшего следователя, всю группу перебили? Он говорил, там все молодые были, только что из училища. И почти все погибли. Свери, там еще засада была, на живца вас ловить пытались - помнишь?

- Помню, - Свери враз посерьезнела, в глазах ее появилась жесткость, не сказать - жестокость. - Там было очень просто. Или они нас, или мы их. Знаешь, Касси, мне их немного жаль, но что я могла поделать?

- Мы бы не сбежали, - добавил доселе молчавший Соул. - Вот и пришлось. Мы после почти полгода не выходили, всё думали - а ну как нас опять ловят? Засада была знатная, готовились они. Живец, правда, быстро в мертвеца превратился.

- Так ему и надо! - зло сказала Свери. - Сам кретин, так хоть других не подставляй!

- Живец, мертвец…

Касси не договорила. Замолчав, она встала и подошла к окну. Слегка отодвинула портьеру.

Свет фонаря за окном словно отделял маленький уютный мирок от внешнего мира, темного, огромного, враждебного. Не было даже привычного снегопада. Ни одна белая мошка не оживляла застывший желтый свет.

Касси напрягла новый обостренный слух. Дыхание Атиса и Алмазных, стук собственного сердца и тихий шум течения крови по венам, шорох мыши глубоко в подвале (Касси передернулась - не любила подобную живность). Но тишина снаружи была такой, словно весь мир затих в ожидании, только ветер гулял далеко в поле, и голос ветра теперь стал живым - он жаловался на вечное, бесприютное одиночество.

Вот-вот все сорвется с места и закружится бешеной каруселью, как в том сне, где земля и небо менялись местами. Не хочу, думала Касси. Не хочу, как они - в ночь, в бесконечную дорогу, в ненадежность и холод, а может быть, за нами тоже будут охотиться, и мы будем прятаться ото всех. Я не привыкла к такому, я не сумею. Ну какой из меня Летатель?

- Нам скоро придется лететь, - сказала она. - Только мы еще не знаем, куда и зачем.

Атис молчал. Что тут знать? Что вообще можно знать, когда твою судьбу пишет чья-то неведомая рука на гранях пирамидки? Что это за судьба, и во что можно верить? Бесконечная ночь и холод.