– Ты хорошая, – улыбнулась Девушка-Кукуруза.

Тетя что-то быстро сказала Хоку. Тот озабоченно посмотрел на Анастасию:

– Несиэнгнум говорит, что мы отбираем у тебя силы. Ты еще не настолько окрепла, чтобы принимать гостей.

Анастасия несколько озадаченно кивнула. Ей как-то не приходило в голову, что в данный момент она принимает гостей, однако родственница Хока со своей проницательностью и житейской мудростью, несомненно, по сути была права.

– Сейчас мы принесем тебе поесть, и после этого ты сможешь еще поспать.

– Хок...

Он обернулся.

– А мои родители? Они, наверное, с ума сходят.

– Я об этом уже думал. Я написал письмо о том, что с нами все хорошо и что очень скоро мы вернемся домой и тогда все объясним. Один из моих соплеменников согласился отнести им мою записку, хотя для него это путешествие будет небезопасным.

– Спасибо, Хок.

– В письме я ни словом не упомянул о том, что с тобой случилось, чтобы не добавлять им беспокойства, и также ничего не написал про Латимеров – только попросил выставить дополнительную охрану. Это все, что я смог сделать.

– Как ты все хорошо придумал! Я так тебе благодарна за письмо и особенно за то, что человек твоего народа согласился рискнуть жизнью, чтобы доставить его моим родителям. Я всем сердцем надеюсь, что все будет хорошо.

– Я тоже надеюсь на это, – многозначительно добавил Хок, думая о чем-то своем.

Вскоре Несиэнгнум принесла Анастасии глиняную плошку с горячей маисовой кашей. Хок помог больной приподняться и принялся кормить ее, понемногу зачерпывая кашу свежей лепешкой.

Было замечательно вкусно – Анастасия ела с удовольствием, наслаждаясь нежным вкусом маиса, однако довольно скоро с виноватым видом отстранила от себя плошку:

– Хок, эта такая вкуснота, но я, честное слово, больше не могу. Скажи им, что ничего вкуснее я не ела.

Хок улыбнулся и вернул посуду Несиэнгнум, добавив при этом несколько фраз на ее языке, от которых та просияла от удовольствия.

В завершение трапезы Анастасии принесли горячее питье. Хок поднес чашку к ее губам и, пока она пила, рассказал, что хопи редко пьют пустую воду – они предпочитают питье из трав, которое не только хорошо утоляет жажду, но и очень полезно.

Горячий настой согрел Анастасию, ей стало уютно и спокойно. Хок снова бережно опустил ее на одеяла и заботливо укрыл. Глаза Анастасии начали сами собой закрываться, и через минуту-другую она уже спала крепким сном выздоравливающей.

В следующий раз, когда Анастасия проснулась, комната была погружена в сумерки, а окно было темным. Встревоженная, она быстро села на постели.

– Хок! – позвала она.

Ответом ей была тишина, но очень скоро до ее слуха донесся мягкий топоток индейских мокасин, и над ней склонилось улыбающееся лицо Девушки-Кукурузы.

– Все хорошо? – заботливо поинтересовалась она.

– Да. Просто я только что проснулась и удивилась, куда подевался Хок.

– Он здесь. Я его приведу. Не волнуйся. Он тебя не бросит, – с запинками ответила ей Девушка-Кукуруза, старательно подыскивая нужные слова.

Индианка вышла. Время для Анастасии тянулось бесконечно. Наконец в комнату вошел Хок, взял ее за руку и ободряюще сжал.

– Ну как ты? Похоже, силы потихоньку возвращаются?

– Да. Я опять проголодалась.

– Ну, это дело поправимое.

Вскоре он вернулся с очередной порцией маисовой каши. Опять он ее кормил, и на этот раз Анастасия ела с гораздо большим аппетитом. Когда каша уже не лезла в горло, Хок дал ей чашку с питьем и проследил, чтобы она выпила все. Потом поставил пустую чашку рядом с собой на пол и обеими руками обнял Анастасию.