– Когда я в постели, да, но не сейчас.

– Так давай приляжем. У них здесь комнаты есть. – Его рука крепко держит меня за талию.

– Нет, нет, нет. – Я отстраняюсь, расцепляю его руки. – Плохая идея.

– Почему нет, – говорит он. – Джейми и Мэрион сейчас наверняка трахаются и смеются над нами.

Он сказал это, чтобы уколоть меня, чтобы мне захотелось отомстить. Пусть я чувствую себя так, будто только что прилетела в Австралию, а душу свою оставила где-то на пересадке в Сингапуре, но я знаю, к чему он ведет.

– Ты просто хочешь поквитаться с ними, Циклоп, – говорю я.

– А ты нет? – спрашивает он. – Разве ты мне не для этого позвонила?

– Нет. Я позвонила тебе, потому что ты мой друг.

Он смеется.

– Веснушка, я не получал от тебя ни одной весточки с тех пор, как ты уехала.

– Ты мне тоже не звонил.

– Потому что мы не друзья, – говорит он игриво, тыча мне в бок пальцем, подчеркивая каждое слово.

Я снова отстраняюсь.

– Слушай, мне плевать, чем они занимаются, – говорю я. – Мы с Джейми расстались еще до Мэрион. Он не сделал ничего плохого. Мне надо заняться своей жизнью.

Я хватаю свою сумку, я готова уйти. Не надо было мне приходить. Он прав. Циклоп и я никогда не дружили без Джейми и Мэрион, нас было четверо, но только из-за меня и Мэрион. Это мы привели Джейми и Циклопа в стаю. Мэрион права, раз она и Джейми прониклись друг к другу чувствами в отсутствие меня и Циклопа – значит, между ними действительно нечто особенное. Я жду его у фургона, пока он получает свой гонорар. Вышибалы еще стоят у двери. Девчонка блюет за машиной. Ее подруга держит ее обувь и рассеянно гладит по спине, уставившись в пустоту. Какой-то парень сидит один, друзья бросили его, он схватился за голову, будто его жизнь кончена.

– Плевать, что ты говоришь, я точно знаю, что тебе не все равно, – дразнит меня Циклоп, подходя к фургону с оборудованием в руках, и продолжает разговор как ни в чем не бывало. – У вас с Джейми все было серьезно. Он собирался жениться на тебе, он мне сам говорил.

– Мы бы никогда не поженились. Никогда.

– Ну, не знаю, он строил планы, купил кольцо и все такое, а ты взяла и уехала.

– Не было никакого кольца, – говорю я раздраженно.

– Ладно, может, и не было, – смеется он, – но настроен он был серьезно.

Он открывает багажник, складывает свои вещи. Воняет рыбой. Гнилой рыбой.

– Боже мой! – я зажимаю нос и отхожу подальше.

– Здесь мои вещи с катера. Ну что, будешь?

– Там, что ли?

Он пожимает плечами.

– Это проще, чем снимать комнату, и я не хочу тратить только что заработанные деньги. Давай же, – говорит он, – иди ко мне. – Кладет руки на мою талию, тянет к себе. – По-быстрому, я дам тебе еще одну таблетку.

– Отстань, Циклоп. Все, едем домой.

Он сердито грохает дверью.

– Да в чем дело! Ты трахаешься с кем ни попадя, Аллегра, со всеми, кроме меня. Сколько моих братьев с тобой было? Двое или трое?

– Один, – говорю я, хотя на самом деле двое. И Чернильный тоже, но это секрет. Он писал мне стихи. – И к твоему сведению я не сплю со всеми. – Мой голос дрожит от возмущения.

– Да я уж понял, – говорит он, затем садится в фургон и заводит мотор до того, как я сажусь.