– Молодой человек верно говорит, коллега. Геноцид, как и война – не выход. Империя Зил не будет выплачивать какие бы то ни было компенсации просто потому, что войну развязали вы. Дальше?

Каэл ощутил разошедшуюся от хоршсца волну неудовольствия, отметив, что на его невозмутимом лице не дрогнул ни один мускул.

— Вы отвергаете все наши требования, Леонтан. И вы должны понимать, что это — не дипломатия...

Речь посла оборвал низкий, протяжный гул, исходящий от куба в руках Лорда Дьюкаса. Тот встрепенулся и резким движением отбросил в сторону укрывающую артефакт ткань. Перед собравшимися предстал выполненный из черного стекла куб, прямо сейчас в котором неравномерно пульсировала голубая искра.

— Прошу меня простить, господа. Похоже, коронация состоялась. – Лорд прикоснулся к артефакту, и в его глуби появилось пока еще расплывчатое изображение, с каждой секундой набирающее четкость. – Поприветствуйте императора!

Дьюкас первым рухнул на одно колено, а за ним, с небольшим опозданием, последовали все остальные. Все, кроме Каэла, который сейчас довольно улыбался - теперь, когда появилась возможность установить прямой диалог между правителями империй, дело должно было пойти много быстрее.

– Всем встать, господа. Не нужно этого. – В недрах артефакта стал виден низкий, полный мужчина, на голове которого корона смотрелась крайне комично. – Могу ли я поприветствовать моего... Коллегу?

Посол хоршсцев встал и засуетился вокруг сферы хоршсцев. Прошло еще пять минут, прежде чем правитель империи-агрессора вышел на связь.

– Фидоль Зил. – Представился император зиловцев. Его короновали не больше получаса тому назад, и оттого имя его фактически не было известно. Правитель Хоршсцев, впрочем, не стал портить только начавшие оформляться отношения между империями и тоже представился, пусть его имя не было известно разве что отшельнику, безвылазно проведшему в горах сорок лет.

– Перейдем к делу? Насколько мне известно, миру грозит некая опасность. И Каэл, маг, могущество которого сравнимо разве что с эльфийскими чародеями, намерен сплотить человечество перед лицом этой угрозы. Я верно понимаю?

– Верно. – Кивнул головой Каэл.

– Доказательства?

Теперь уже слово взял император хоршсцев.

– Мои маги подтвердили, что откуда-то извне кто-то с поразительной настойчивостью  пытается проникнуть в наш мир. Уважаемый Каэл наглядно продемонстрировал нам сам процесс. И, по словам гильдии магов, это настоящий прорыв в магическом искусстве. Ошибки быть не может – кто-то упорно порывается попасть в наш мир. Для прояснения ситуации я послал в эльфийскую чащу послов – уж кто-то, а вечноживущие маги наверняка знают, что или кто нам угрожает. – Сфера чуть дернулась в сторону Каэла – император, очевидно, пожелал сфокусировать свой взгляд на юном маге. – Мне жаль, но я не могу слепо доверять словам пусть даже такого сильного, но всё-таки одного единственного мага. Эльфы намного опережают нас в магическом развитии и, если они подтвердят ваши слова, я приму необходимые меры.

Каэл Иэздар кивнул. Одна из его половинок хорошо помнила тот ореол уважения, что следовал за ней по пятам просто потому, что у него были длинные уши и неотразимая, по людским меркам, внешность. В те времена среди людей встречались одарённые много сильнее его самого, но почему-то к ним всё равно относились пренебрежительно. Примерно так же, как сейчас император – к нему. Каэл сомневался, что, будь он рядом с императором, тот бы решился пусть мягко, пусть ненавязчиво, но выказать своё недоверие. Жаль, что придётся прибегнуть к ментальной обработке как минимум правителя империи Хорш.

– Я не могу сказать, что одобряю ваше решение, император, но как-либо доказать свою правоту тоже не в состоянии.