— Но тогда они хуже преступников! — возмутилась Варя. — Какими же надо быть бессовестными, чтобы брать деньги с фирмы за охрану и покрывать убийц ее хозяина!

— Вот почему ты должна отговорить Танечку выходить замуж за следователя из милиции, — заметил Артём Сергеевич. — Ничего хорошего ее с ним не ждет, поскольку порядочных людей там не держат.

Полунины хорошо знали любимую племянницу Вари, так как видели у своих друзей дома, и она часто гостила на даче. Жених Танечки был видным парнем, чувствовалось, что девушка в него влюблена, и дело уже шло к свадьбе.

— А я все же думаю, что в милиции не все дрянные люди, — запальчиво сказала Варя, встав на защиту племянницы. — Алик симпатичный и у него аж два высших образования. Он нацелен на карьеру и не станет связываться с преступниками. Лучшего жениха для Танечки не придумаешь!

— Нет, не такой ей нужен спутник жизни, — твердо заявил Артём Сергеевич. — Боюсь, что с ним Танечка будет несчастна. Она очень порядочная, а Альберта продажная обстановка и повальное пьянство испортят. Не так уж плоха твоя племянница, чтобы не найти парня, который занимался бы честным делом.

Варя спорить с ним у Полуниных не стала, но обиженно надулась и, когда возвращались домой, упрекнула:

— Мог бы и не высказываться плохо о будущем муже Танечки. Я ведь Люсе уже рассказала, как счастлива она со своим женихом и какая готовится там шикарная свадьба. Я обещала Танечке, что мы приедем, чтобы присутствовать на их венчании в церкви. Как же ты будешь приветствовать ее жениха, если заранее враждебно к нему настроен?

— Поэтому мне и не хочется ехать. Не могу кривить душой, — честно ответил Наумов. — Мне ненавистны негодяи в погонах, предающие народ, который обязаны защищать, так как это он их содержит. И я поневоле переношу неприязнь на Альберта, ибо не верю, что тот будет «белой вороной» в их стае.

— Вот как? Решил не ехать? Что же, мне отправиться туда одной? — вскипела Варя. — Ты со своим максимализмом рискуешь растерять всех близких и друзей. Люди сейчас стараются выжить. Надо быть снисходительнее!

Но ее упреки еще сильнее «завели» Артёма Сергеевича.

— Ну, и кого я рискую потерять? — спросил он, еле сдерживая возмущение. — Среди тех, кто нас окружает, нет негодяев и предателей. А если появятся, то я терпеть их не буду! Даже если останусь в одиночестве.

— Выходит, ты и меня согласен потерять? — подавленно спросила Варя, и ее серые глаза наполнились слезами. — Подумай! Ты уже из-за своей непримиримости потерял дочь.

Лучше бы она этого не говорила! Артём Сергеевич вдруг почувствовал, как в его душе растет отчуждение к ней, и сердце защемило в предчувствии беды.

— Я порвал с Надеждой и дочерью потому, что они меня предали, — яростно бросил он жене. — И, не задумываясь, предпочту одиночество, если ты тоже меня предашь!

Варя, испугавшись его вспышки, замолчала и до самого дома они больше не разговаривали. Оба страдали от своей размолвки и взаимного непонимания, но разумного выхода не находили.

* * *

Как ни странно, помирил их приезд Алеши. Писем он по-прежнему не писал, лишь изредка напоминал о себе по телефону. Вот и теперь, неожиданно позвонив, сообщил:

— В конце недели, деда, буду в Москве. Еду по делу, — в его голосе зазвучали важные нотки. Забегу повидаться, да и совет твой мне нужен. Ты не против?

— А ты все на заводе работаешь? — спросил Артём Сергеевич.

— В том то и дело, что нет, — ответил Алеша.