– Таня, неужели до сих пор не забыла? Сама ведь говорила, что он предал, обманул, что не достоин тебя. А теперь всё изменилось?

Самойлова закусила губу и стала смотреть в пол.

– А мы с папой надеялись, что у вас с Борисом всё получится… У вас же вроде всё хорошо было…

– Было, – кивнула Таня. – Было! И с Костей было, да ничего не осталось! – Она встала и сделала несколько шагов по комнате. – Я сама себе вру. У меня ничего не получается, я постоянно оборачиваюсь назад, сравниваю… Я понимаю, что это неправильно, но я ничего не могу сделать! А теперь… Мам, а Ромка ведь меня предупреждал. Просил уйти, чтобы Артём ко мне не привыкал, он всё знал с самого начала! А я опять не поверила, опять всё наперекор ему сделала… А что теперь делать? Я даже пожаловаться никому не могу!

– А на что пожаловаться? Если хочешь уйти – уходи, пока не поздно. Думаю, Рома тебя поймёт.

– И не осудит, да? – горько усмехнулась Таня. – Но я не хочу уходить! В этом то и проблема. У меня такое чувство, словно мои сны стали явью, что мне только снится, что я опять рядом с ним, что вижу, слышу… А у него своя жизнь, я ему не нужна. Точнее, нужна, временно, пока его няня снова не начнёт работать. А я не знаю, что с этим делать. Я чувствую, что Ромке неприятно меня видеть, после всего… Он хоть и говорит, что это не так, но я же чувствую!

– По моему ты запуталась, – сказала Тамара Михайловна. – Тебе надо разобраться в себе. Иначе ты наделаешь ещё больше ошибок. А если, как ты говоришь, Рома не хочет с тобой общаться…

– Я не знаю, мам. Хочет или не хочет… Но уйти я не могу. И дело не во мне и не в нём. Есть ребёнок, которому я нужна. У этого мальчика больше никого нет, понимаешь? Только его отец, которому постоянно некогда, и я.

– Ты привязалась к ребёнку, да?

Тая отвернулась, чтобы мама не видела её слёз.

– А как может быть иначе? Он же… такое сокровище. Он самый замечательный, самый лучший мальчишка! Ты даже представить не можешь!..

– И на папу похож, – кивнула мама, а Татьяна не нашлась, что на это ответить. – Очень похож.

Она опять села рядом с матерью и прижалась к ней.

– Мам, что мне делать?

Тамара Михайловна помолчала, а потом спросила:

– Ты поговорить с ним пробовала? С Романом, то есть? Вам надо объясниться, поговорить о том, что было… Между вами столько недосказанного. Может, после этого станет легче, и ты поймёшь, что делать дальше.

Таня рассеянно покачала головой, а в следующий момент поспешно выпрямилась и смахнула слёзы, когда дверь приоткрылась, и в комнату осторожно заглянул Артём.

Татьяна похлопала себя по щекам и улыбнулась ребёнку, надеясь, что он не заметит её состояния.

– Любопытный! Иди сюда.

Тёмка вошёл, аккуратно закрыл за собой дверь, и подошёл к дивану. Тамара Михайловна улыбнулась ему, а Татьяна притянула мальчика к себе. Поцеловала в щёку и крепко обняла.

– Хороший мой… Я тебя так люблю.

Артём отстранился и заинтересованно посмотрел на неё.

– Правда, любишь?

Она кивнула, а Артём просительно затянул:

– Тогда давай поговорим с папой насчёт собаки? Я у него уже давно прошу!

Таня в первый момент растерялась, посмотрела на мать, а потом рассмеялась.

– Вот хитрюга.

7

Музыку, доносящуюся из своей квартиры, Роман услышал ещё в подъезде. На секунду притормозил у собственной двери с ключами в руке, прислушиваясь. А уж как дверь открыл, у него даже уши заложило.

Баринов нахмурился. Вошёл в квартиру и, не раздеваясь, прошёл на кухню. Когда подошёл совсем близко, понял, что слышит не только голос певицы, которая с чувством исполняет песню из любимого мультфильма сына, но и Таня с Артёмом поют в полный голос.