— Баран? Да он чертила первоходный, — донёсся смех всё оттуда же. Второй видимо оказался умнее и пока что в диалог не вступает. — Слышь, Пашкевич, валил бы ты нафиг со своими ребятами. Тут твои законы не катят, так что предлагаю тебе делать ноги, пока мы тебя чем конкретным не приложили!

— Чем же? Вооружение вашего незаконного вооруженного формирования составляют лишь карабины Сайга и револьверы Нагана, так что не валяйте дурака и сдавайтесь, отсидите свои три года и выйдите свободные, — продолжил я, занимая позицию на локтях, удерживая карабин под магазин, при этом цевье положив на тело, которое мне же служило бруствером.

На сей раз ответа не последовало. Просто из того самого кабинета выскочило тело в камуфляже и с сайгой наперевес. Ожидаемый толчок приклада в плечо. Гул выстрела отразился от стен, уходя гулять дальше по внутренностям здания. Дистанция от силы метров двадцать. Сноп картечи красиво разложился, срезав ноги и низ живота. Не озаботился мужик своей защитой, не надел бронежилет.

Подстреленный как подкошенный свалился на пол, выронив дробовик. Тут же раздался крик боли в перемешку с матом, который прервался после второго выстрела. Надо же как-то подтвердить то, что поступил приказ работать жестко. Часть картечин ушли в дверь, выбив древесную щепу из внутренней обшивки, но все же большинство красиво легло в грудь человека, упавшего на бок. Пневмоторакс ему обеспечен, по крайней мере кричать не будет.

— Повторяю, вы окружены, сдавайтесь добровольно и пойдете как соучатник, нет смысла проливать лишнюю кровь. Ни вам, ни нам, она тут не нужна! — решил додавить я и наконец-то был услышан. Откуда-то сверху донёсся голос.

— Слышь, начальник, отзови бойца с прохода… я спускаюсь!

Глава 5. Арестанты

Дамир не производил впечатление матёрого бандита, скорее даже наоборот. Обычный работяга с внешностью жителя горной республики. Возможно осетин, может адыгеец. Смуглый такой мужичок лет тридцати пяти, может чуть старше, с ярко выраженной лысиной, которая отвлекала внимание своей не естественной гладкостью, словно он её специально выбривает станком. Одет как типичный гражданский. Джинсы, подпоясанные кожаной портупеей, на которой висит кобура под револьвер, легкая белая рубашка, под которой проглядывается майка. Обут в лакированные туфли. Ну никак не тянет на человека, осужденного по двести пятой. Скорее какой-нибудь политический или неудачный бизнесмен, шаурмятню которого прижали к ногтю приставы.

Однако не смотря на обманчивую внешность, спустился грамотно, двигаясь вдоль стены, держа при этом руки над головой.

— Открой кобуру! Револьвер на пол! — скомандовал я, приподнимаясь и держа его на прицеле. — Кто ещё кроме тебя в здании?

— Он — спокойно ответил Дамир, кивнув на лежащее у основного входа тело. Раненый ещё тихо стонал, но судя по натекающей луже крови, вписал я ему конкретно.

Видя, что от товарища ждать подмоги не придется, Семенов медленно потянул правую руку вниз и открыв кобуру показал, что она пуста.

— Ну так что, договоримся? Как честный человек с честными людьми? — максимально нейтрально спросил он, выходя на центр здания. — Вам всё равно мне нечего предъявить…

Ну как сказать. Предъявить я ему могу много за что. Прицелившись в его правую ногу, чуть правее кости, я плавно потянул спуск. Плечо от отдачи начало потихоньку отзываться болью, но пока вполне терпимо.

— А! — вскрикнул подстреленный, скорее от удивления, подкашиваясь и падая на пол, хватаясь за раненую ногу. — Какого лешего?!

— Кто ещё в здании, Дамирка? А? Я с вами блять шутить не намерен, — зло огрызнулся я, приподнимаясь и вставая на колено, чтобы видеть лежащего по центру холла.