|
Еще бы, азарт, игра! Все-таки он был ребенком, как и все тут. Даже заулыбался новому приятелю — в число которых он меня, похоже, зачислил.
Да и я не возражал. Свистопляс показался мне куда осознаннее и разумнее остальных здешних лотофагов — как я и ожидал. С таким стоит поддерживать отношения, может пригодиться.
Чего я не ожидал, так это то, что он выдаст мне такое твердое и решительное «нет» на абсолютно все мои вопросы.
— Нет, древние маги не предусмотрели никаких тренировочных площадок. Все Убежища известны наперечет, никаких тайников в них нет. Никаких секретных локаций, которые открываются после квеста, тоже, а то кто-нибудь уже бы открыл.
— Нет, и мануалов тоже нигде не валяется.
— Нет, прокачаться нельзя. Магия работает так и только так, как тебе сообщил предмет-компаньон в самом начале. Новые атаки придумать нельзя, усилить мощность тоже нельзя. Ослабить можно, если сознательно бить вполсилы, но это все.
«А как же мой фокус с камнями?» — подумал я, но вслух не сказал.
— Нет, предметы-компаньоны не эволюционируют со временем и не открывают новые опции.
— Нет, гиасы преодолеть нельзя.
Вот такое вот тотальное отрицание!
Впрочем, Свистопляс настроен был в отношении меня очень тепло, как и остальные обитатели Убежища: как может не понравиться человек, который разом принес столько мяса! (Охота, на которую Свистопляс летал, закончилась ничем: он встретил Тварь, схватился с нею, был ранен и два дня отлеживался в соседнем Убежище).
— Да ты не бери в голову, — сказал он. — Сначала всем хочется биться головой о стены и превозмогать, потом проходит… Хочешь, поспаррингуемся?
Тогда я и предложил игру вместо спарринга. Что-то меня беспокоила вчерашняя фраза Урагана, что, мол, ударишь другого ребенка-волшебника на эмоциях — и сразу исчезнешь. Моя выдержка мне в последнее время не внушала, а Свистопляс отрицательными ответами успел слегка выбесить. Мало ли, разозлюсь на него всерьез во время учебного боя — и кончится моя история, толком не начавшись.
Может быть, я и зря волновался, но хорошо, что получилось, как получилось. Неожиданно игра и мне тоже очень зашла: тут тебе и координация, тут тебе и маневренность, и даже находчивость — нужно же было сообразить, из чего сделать инвентарь. К счастью, я вовремя вспомнил о «хламе», который, по словам Стеши, хранился в верхних, неотапливаемых помещениях — там, где у нормального средневекового донжона была бы галерея для каких-нибудь певцов-сказителей.
В общем, среди этого так называемого хлама (в основном все в хорошем состоянии и даже не пыльное: видимо, наложенные на Убежище заклятья поддерживали там чистоту) мы отыскали и хула-хупы, и резиновый мячик, и… Сказать по правде, хренову тучу игрушек, глядя на которые, я разозлился до невероятия, до комка к горлу и дрожащих рук. Там стояли у стен кукольные домики — в том числе и явно очень ретро, сделанные из дерева и разрисованные вручную, раскинулись по полу разобранные и собранные железные дороги, громоздились друг на друга проекторы и коробки с диафильмами, сложенные воздушные змеи, водяные пистолеты и еще целая куча детских сокровищ. Ну да, современные одиннадцатилетки, в силу эмансипации и раннего взросления, в игрушки играют редко. А вот век назад…
Но спортинвентарь тоже нашелся, а это главное. И пока я объяснял Свистоплясу импровизированные правила (мячик не должен упасть на землю, если упадет, то тот, по чьей вине это произошло, считается проигравшим; бить можно только дальнобойными ударами; вихрь вокруг мячика поддерживает тот, кто его «ведет») кое-как успокоился.
Ну вот, игра закончилась, и мы с напарником неспешно возвращались к башне через сад. То есть он возвращался, а я его провожал, заканчивая разговор: оставаться я не планировал. |