Однако лимитов на величину контейнеров, похоже, не существовало. Сделать сильно большими их было нельзя, но только потому, что мне не хватало мощности — слишком большой воздушный мяч лопался. Однако каждый раз при достижении немного разного размера, что указывало на отсутствие жесткого лимита (или на то, что я до него не добрался). Так что, теоретически, например, если накачаться энергией Прорыва, можно и побольше сделать.

А вот миниатюризация шаров упиралась исключительно в мое мастерство! Точнее, в отсутствие такового. Я мог сделать один шар почти сколь угодно маленьким, но как только брался хотя бы за второй — первый почти сразу исчезал, потому что мне не хватало на него внимания.

Провозившись до вечера, я научился удерживать внимание на трех-четырех мини-шариках одновременно, но при этом размеру они все равно были слишком большого — примерно в половину велосипедного ниппеля. Мне нужно было гораздо меньше! Такие крупные все равно резко снижали точность применения «циркулярной пилы», рассеивая выхлоп на большую площадь. Можно было добиться результата получше, я это нутром чуял.

«Ладно, — сказал я себе, укладываясь спать в тот день, — идея долбануть по воздушному контейнеру основной абилкой ради усиления — очень простая, стопудово кто-то из детей-волшебников до нее додумался раньше меня! Допустим, тот же Свистопляс понял, что силу спелла увеличить нельзя, и опустил руки, потому что ничего другое его не интересует. Но должен же был найтись фрик, помешанный на экспериментах! И вряд ли один-единственный. Наверняка кто-то придумал, как повысить точно контроля за магической энергией. Надо поспрашивать…»

До сих пор расспросы в Убежищах приводили к смешанным результатам, но я решил не оставлять попыток.

Да и тренировками «сам с собою» тоже продолжал заниматься. Возможно, это как жонглирование или игра на скрипке: долго ничего не получается, пока мышцы не накопят опыт, а потом ка-ак получится! Ну, по крайней мере, я так слышал, сам ни жонглировать ни умею, ни музыкальным инструментом не владею.

Тем временем пришла тревожная погодная сводка по «Радио Кромки»: приближаются морозы со снежными бурями. Следующие два дня я потратил на охоту, копчение мяса и доделку входа в пещеру, чтобы туда не задувало. Пусть меня не беспокоит холод, но снег постоянно выметать — приятного мало.

И правильно сделал, потому что потом два дня метель бушевала так сильно, что я и носу не хотел высунуть из пещеры! Мог, конечно, и даже пришлось — сами понимаете, зачем. Но на пару шагов, все время держась за скалу, не более того.

Время я проводил не без пользы: сидел, почитывал книжки при свете магического огонька, жевал копченку, грыз припасенные яблоки и упражнялся со своими воздушными шариками. Действительно, процесс брутфорса — «заткнись и тренируйся!» — кое в чем помог. Довел их количество до пяти при том же размере и даже как будто удалось их еще чуточку уменьшить. Или не удалось. Возможно, я просто выдавал желаемое за действительное.

Кстати, вот вроде знаешь умом, что по-настоящему грозит тебе мало что, и припасы есть, и пещера вроде надежная — а все равно от буйства стихии за щелью входа, сейчас заложенной камнями, пробирает до печенок. Сразу понимаешь, что магия-магией, а перед глобальным буйством природы ты все равно шкет. Козявка.

Наконец буря стихла и мне удалось выбраться из пещеры.

Блин, как все-таки красивы горы ясным зимним днем!

Буря сдула с неба серую облачную пелену, оставив его высоким, стеклянно-прозрачным и невероятно синим. Серые пики гор складками лежали повсюду, сколько хватало глаз, уходя на горизонте в фиолетовый спектр и сливаясь с небом. И — непроницаемый белый покров на моем склоне, которому удалось замести даже первые деревья на опушке ниже! Серьезно, не вру.