Очень вряд ли. Только если среди кешиктенов не затерялся клан из пары десятков высокоуровневых терминаторов, которые наращивали силы с самого альфа-тестирования «Гардарики». Почти наверняка «Волков» мало — но именно они и составят костяк войска, с которым придется сражаться. И о стену их щитов обломают зубы и багатуры, и рыцари Вацлава. Имея численный перевес в пять раз мы справимся… Но какой ценой?

— Не стоит забывать об осторожности, хан. — Я покачал головой. — За победу придется заплатить кровью, и цена будет немалой. Северяне сильны и сражаются, пока хотя бы одного воина есть силы держать оружие.

— Это верно, — проворчал Рагнар. — Я многое слышал об этом хирде… и видел их в бою в тот день, когда предатели убили моего отца. Их не зря называют лишенными смерти. Но едва ли боги дадут нам другую возможность застать их врасплох.

— Если мы не остановим их — они дойдут до самого Вышеграда. — Вацлав прочертил мечом по золе еще кусок большака и обозначил город отпечатком сапога. — И защитить его будет некому.

Злата… И не только она — одним богам известно, сколько людей из моего воинства оставили за стенами Вышеграда жен, детей или престарелую родню. Похоже, у нас просто-напросто нет никакого выбора… И Рагнар прав — едва ли шанс навалиться толкпой и разбить в пух и прах хотя бы часть гвардии Сивого выпадет еще раз.

— Если мы поспешим — успеем добраться сюда, — Я ткнул посохом в извилину нарисованной дороги, — раньше, чем Сигизмунд. Мы зайдем с востока, и они не увидят следов на снегу…

— И тогда не будут ждать нападения! — воскликнул Вацлав. — Устроим засаду. Я слышал, никто не стреляет из лука лучше воинов-степняков.

— Небо наполнится тучей стрел, друг мой. — Темуджин провел пятерней по остывшей золе, накрывая ладонью точку, обозначавшую войско Сигизмунда. — И они падут на головы наших врагов. А потом мы ударим вместе — и никто не устоит.

— Славная затея, хан, — кивнул Роланд. — Сам я не придумал бы лучше.

— Мы возьмем лучших лошадей и лучших воинов. — Я огляделся по сторонам. — Но кому-то нужно остаться и охранять лагерь.

— Только не мне! — Рагнар сжал кулаки. — Сам Всеотец не посмеет лишить меня моей мести. У моих хирдманнов найдется достаточно коней, чтобы пойти с вами.

— Как пожелаешь, конунг, — усмехнулся я. — Тогда пусть здесь останется Халвард Левша. Он столько лет провел в море, что наверняка уже забыл, с какой стороны у лошади голова.

— Я не возражаю. — Голос Халварда раздался откуда-то из темноты. — Мои старые кости не слишком-то годятся трястись в седле.

— Пойду собирать людей. — Темуджин поднялся на ноги. — Чтобы успеть, нам придется выйти еще до рассвета.

— Тогда не будем терять времени, — отозвался Вацлав. — Поспать треть ночи куда лучше, чем не спать вообще.

— А ты? — Я снова повернулся к Роланду. — Твои люди должны пойти с нами.

— Разве может быть иначе, ведун? — Предводитель «Крыс» огляделся по сторонами и заговорил чуть тише. — Боишься, что я отведу тебя в ловушку?

— Если этот мир чему-то и научил меня, — так же полушепотом ответил я, — так это не верить никому. Иногда и наемник может говорить правду — но куда чаще обманет даже конунг.