И все же тропа вела нас как раз туда, куда и было нужно — вперед, в самое сердце гор, которые считались неприступными. Для обычных людей — но не для тех, кто создал на запредельной высоте дорогу, не воспользовавшись ни киркой, ни каким-либо другим инструментом. Уступ будто бы появился здесь сам собой сотни, если не целые тысячи лет назад.

Но так не бывает. Даже в этом насквозь магическом и невозможном мире. Похоже, я просто чего-то не замечаю. Не вижу, что называется, в упор.

Я выдохнул и прикрыл глаза, переключаясь на «Истинное зрение». Ничего не изменилось — только лед и снег на вершинах скал подернулись серым и заплыли дымкой. Мир духов не спешил показывать ничего нового. Ни алых силуэтов загадочных врагов, притаившихся за валунами, ни текущих потоков энергии, ни даже привычной зеленки растений.

Пусто и глухо. Неподвижно. Безжизненно.

Нет! Что-то там все-таки есть!

Я чуть замедлил шаг, вглядываясь в едва заметное мерцание, которое не только подсвечивало впереди, но и, похоже, окружало весь мой отряд. Почти прозрачный свет — я едва заметил его по красно-желтому отливу на серебре льда — пульсировал. Но так медленно, что казался неподвижным, будто застывшим от холода. И все же что-то там было — не живое, но и не мертвое. Окружающее древний проход над бездной своеобразным энергетическим коконом… или даже создавшее его.

Когда-то очень давно.

Не привычная местная магия вроде Защитного Круга — ее я или разглядел бы получше, или хотя бы почувствовал. Скорее отголоски могущества кого-то покруче меня в десятки, а то и сотни раз. Заклятье настолько масштабное и сложное, что я не стал и пытаться потянуться к нему своими кривыми… ну, допустим ментальными щупальцами.

Вряд ли вложенного давным-давно заряда хватит, чтобы меня прикончить, но если магический кокон вдруг лопнет… Чуйка ненавязчиво намекала: не трогай. Особенно то, что работает.

— Высматриваешь что-то, ярл?

Я не заметил, как Айна меня догнала… Да что уж там, я не замечал ее с того самого дня, как они с Рагнаром и остальными чуть не прикончили меня неподалеку от Вышеграда. И долгое время до этого. Дева-воительница быстро стало любимицей всей местной дружины с Ратибором во главе, неплохо поладила с местными, но ни в каких по-настоящему важных событиях себя не проявляла.

Из нее будто вынули что-то в тот день, когда мы бежали с Барекстада — или даже раньше. Что-то очень важное, пусть и не слишком заметное. Айна не утратила ни красоты, ни силы, но валькирия, которая когда-то отлупила меня палкой на острове Виг, исчезла.

Вместо нее появилась обычная женщина. Осунувшаяся, усталая и, похоже, за что-то смертельно на меня обиженная — даже сейчас в синих глазищах-озерах я не видел настоящего интереса. Только тоску и немой укор.

— Вроде того, — негромко отозвался я. — Эта дорога… странная.

— Знаю. — Айна кивнула и на мгновение прикрыла глаза. — Я как будто слышу пение.

Пение? Ну, в каком-то смысле неторопливую пульсацию древней магии можно было назвать… музыкальной. Моя спутница тоже почувствовала ее, хоть и не обладала «Истинным зрением».

— Это песня норн, ярл, — снова заговорила Айна. — Они предвещают чью-то судьбу. Не всем суждено пройти через эти горы.

— Может быть. — Я покачал головой. — Помнишь, как когда-то мы с тобой так же шли через скалы на Барекстаде?

— Помню, ярл. И помню тех, кто шел с нами. Всех до одного.

Колдун-Странник Ингвар. Мятежный седовласый сэконунг Рерик. И воришка-Сигмунд, которого старик назвал своим сыном.

— Смерть забрала их, ярл. Она всегда идет следом — но ты быстрее. — Айна сверкнула глазищами.