– Подтверждаю все до единого слова, – кивнул маг.

– И что, никто из коллег уважаемого господина Брюса не смог отыскать следы этого человека? – удивленно хмыкнул Суздальцев. – Есть же отработанные алгоритмы. В конце концов, остались следы воздействия техник в эфире остались. Неужели и здесь прокол?

– Кхм, – кашлянул Мишулин в кулак. – Этот тип непрост оказался. Прежде чем по английски исчезнуть, стер абсолютно все следы: свои и магических техник. Единственный трассер вел на соседнюю улицу, но и там после странных вихляний исчез. Подозреваю, нас искусно водили за нос.

– Черт знает, что и думать, – потер переносицу полковник. – С одной стороны человек помог, спас девушек от гибели, предотвратив межклановые разборки. С другой же… как реагировать нам, когда в городе бродит «неучтенный» маг довольно высокого уровня накануне Дня Рода? Вот чувствую, с нас шкуру снимут лоскутами, если в ближайшие дни не разыщем этого героя, – и вдруг спохватился. – А камеры? Ведь там этих чертовых камер натыкано чуть ли не на каждом столбе и доме!

– Увы, все ближайшие, работавшие на интеграторах, выведены из строя. Обычные камеры записали события с большими искажениями. Воздействие на эфирные поля было очень сильным.

Сказав это, Рогачев мрачно задумался. Масштаб предстоящих поисков в многомиллионном городе пугал. Единственным выходом из ситуации он считал передачу дела Службе Безопасности. Там ребята ушлые, у них ресурсов побольше будет. Махом найдут незнакомца.

– Все очень плохо, – раздельно произнес начальник Хамовнического отделения полиции, в чьем районе произошел инцидент. – В первую очередь с нас будут требовать не результат расследования, а информацию по таинственному чародею. Иначе… Сами должны понимать, какие последствия ожидают всех нас в случае провала следствия. Поэтому, Козьма Антонович, прошу… нет, приказываю сконцентрировать все усилия по поиску мага. Снимайте незанятых сотрудников на первоочередное мероприятие. Самые сообразительные и шустрые, если отыщут хотя бы след господина «Икс», будут отблагодарены. Особенно на это нажимайте.

– А как же с Голицыным? – на всякий случай уточнил маг. – Ведь он не даст покоя, будет давить на следствие.

– Я лично поговорю с Патрикеем Ефимовичем и попрошу его оперативно прислать список маркированных деталей кабриолета. Дескать, от этого будет зависеть степень обвинения его сына. Не стоит накануне праздника затевать склоки.

– Спасибо, господин полковник, – расслабился Мишулин. – Тогда мы еще раз съездим на место происшествия и попробуем некоторые дедовские методы в поисках затертых следов. Авось что нибудь и вырисуется.

– Да вы садитесь уже, – махнул рукой Суздальцев, собираясь заканчивать совещание, но вдруг резко задребезжал телефон, и он машинально хлопнул по нему ладонью; удивленно посмотрел на аппарат, словно на оживший музейный экспонат. Потом поднял трубку, отливающую цветом слоновой кости. – Слушаю!

Повисла долгая и тягучая пауза.

– И где он? Внизу, в вестибюле возле дежурной части? Приставьте к нему сопровождающего и без проволочек приведите в мой кабинет. Сейчас же. Жду.

Трубка упала на телефон, жалобно тренькнул сигнал разрыва, а вот Суздальцев повеселел.

– Господа! Кажется, одна проблема с наших плеч упала! Спаситель юных дев сам соизволил прийти для разговора. Так что сейчас узнаем его имя!

* * *

– Тебе что здесь надо? – лениво спросил сидящий на крыльце дома Старейшины охранник в потемневшей от пота рубашке.