– Войтыла входил в их число? – следователь перелистнул пару страниц дела, отставив в сторону руку с сигаретой.

– Нет. Но я знал об этом человеке, хотя ни разу не встречались. У меня возникли подозрения, что польские спецслужбы подсунули человека ради какой то игры. Пришлось тянуть время, пока не удостоверился, что Алекс и есть тот человек.

– И с какой целью Войтыла вышел на вас?

– Об этом я уже говорил несколько раз. Пясты решили воспользоваться приглашением Ягеллонов в Москву на праздничные мероприятия. Предлагалось уничтожить польскую правящую династию на глазах многочисленной публики и дискредитировать Мстиславских.

– А вы не подумали, что готовящаяся провокация могла ударить и по русскому императору? В смысле физического урона?

– Как раз за императора никакого беспокойства не было, – усмехнулся Факир. – У Мстиславских достаточно опытных боевых магов, да и сам Иван Андреевич в одиночку способен разрушить самые мощные конструкты. Нет, никакого беспокойства не было. А вообще, сначала был иной план: уничтожить великокняжескую династию в отеле, где они остановились. Но после долгих раздумий я отказался от его реализации. Ведь помимо Ягеллонов в «Метрополе» проживало очень много людей, далеких от политических коллизий.

– Не находите противоречия в своем заявлении о человеколюбии? – следователь загасил сигарету, вжав ее тлеющий конец в жестяную пепельницу. – В императорской ложе находились важные гости, приглашенными Мстиславскими, а не Ягеллонами. Значит, их жизни менее ценны, чем здоровье и благополучие проживавших на тот момент в «Метрополе» гостей Москвы?

– Я исходил из других соображений, – пожал плечами Факир, косясь на расхаживающего по комнате следователя. – Если мне готовы заплатить кучу денег и дать опытных пилотов ППД, я буду импровизировать. И знаете, получилось очень неплохо по задумке, а вот исполнение подкачало.

– Хорошо, что вы это понимаете. Давайте вернемся чуть назад, пан Хмеловский. Вы очень осторожны в контактах с незнакомыми людьми. Но упомянутые вами двое трое персонажей… Кто они?

– Двое – британцы, выполняющие особые поручения лорда Гамильтона. Я уже несколько лет до этого исполнял некоторые контракты этого господина в Европе и в Британской Канаде.

– И в чем заключалась ваша работа?

– Разыскиваю талантливых молодых людей и склоняю их к сотрудничеству с кланом Гамильтонов.

– Под талантливостью понимается наличие Дара?

– Да.

– Каким образом происходит вербовка?

– Какая же это вербовка? – рассмеялся Факир, разглядывая на блокирующем браслете всполохи огоньков. – У меня большое досье на европейские и русские аристократические семьи, Я изучаю материалы, на основе которых составляю психологический портрет молодых людей. Знаете, пан офицер, на пляжах Барселоны и в Венеции очень много праздно шатающихся аристо. Девицы, юноши… Мне оставалось лишь выбрать нужного кандидата и начать его склонять к красивой жизни у лорда Гамильтона. Раскрываю перспективы, и неискушенный ум клюет на жирную наживку.

– Не поверю, что молодые аристократы так легко могут предать интересы своих кланов, – следователь остановился возле зарешеченного окна и заложил руки за спину.

– Поверьте, такие случаи бывают. Зачастую это же третьи, пятые, десятые дети многочисленной родни, и не каждому удается пробиться на вершину клана.