Она снова хихикнула и прижала его спиной к сооруженной им машине.

– Я просто помогаю тебе отладить работу твоего замечательного рычага.

Он подозрительно посмотрел на Рейну:

– Эй-эй! Какой рычаг ты имеешь в виду? Вместо ответа она потребовала:

– Муж мой, ты должен вот сюда сесть.

– На что?

– Вот на это бревно. Ты садишься на него… Я сажусь на тебя… вот так, – голос у Рейны стал тихий и какой-то звенящий, – потом мы будем двигаться… вверх и вниз и увеличим натяжение…

– Какое натяжение?

– Ну, какое хочешь, – улыбнулась она, а ее сильные пальчики скользнули мужу в штаны. Он застонал, а она прошептала:

– Ну вот, а теперь твоей станине никакая лебедка не понадобится.

– А штанина? – пошутил Виктор.

– Я говорю о станине. Ну вот, стержень и распрямился.

– Аминь, – кивнул Виктор. Ему больше не удалось проводить экскурсию. Дрожа от возбуждения, он сел на станину, прислонился спиной к шершавой прохладной поверхности бревна и усадил Рейну к себе на колени.

– А-а-ах, – вздохнула она, медленно покачиваясь на нем. – Мне нравится это натяжение – это вверх-вниз…

– А мне нравишься ты! – Виктор крепко обхватил жену за поясницу и потянул к себе…

Ожидаемое нападение Вольфгарда произошло через неделю. Бесшумно проплыв на веслах к пристани Виктора, Вольфгард и его дружинники пришвартовали свой уже отремонтированный корабль. Конунг, во главе двадцати лучших воинов спустились на берег, ругаясь про себя при виде луны, заливающей все вокруг своим неверным светом. Нападающих удивило то, что пристань совершенно не охранялась. Еще более странным было то, что у пристани не было ни одного корабля и ни одной ладьи Виктора. Однако, все вокруг было тихо и кроме плеска волн, ничего не было слышно. На берегу Вольфгард остановил своих дружинников и еще раз всмотрелся в прибрежные утесы, нависавшие над ними. И опять не заметил ничего и никого.

– Это очень хорошо, – прошептал он Эгилу. – Похоже, мой враг не ждет нас; они видимо, уверены, что потопили наш корабль, и думают, что мы не сможем на них напасть.

Эгил довольно ухмыльнулся:

– Ты прав, ярл! Твой план срабатывает!

Наконец Вольфгард подал знак к движению, и его дружинники, сомкнутой колонной по двое двинулись вверх по тропинке, но подняться по ней им было не суждено.

Внезапно Эгил, идущий первым, поскользнулся на китовом жире, которым была щедро полита тропинка. Вскрикнув от неожиданности, викинг потерял равновесие, рухнул на землю со страшным шумом. Он еще пытался встать, но вновь упал на четвереньки и покатился вниз, сбив по дороге двух воинов. Раздались испуганные и удивленные крики, загремело по камням оружие. Несколько дружинников, не удержавшись на берегу, с громким плеском полетели в воду.

– Вы что, с ума все посходили? – разъяренно прошипел Вольфгард, сам отчаянно пытаясь удержать равновесие на скользкой дороге.

– Они полили дорогу жиром! – закричал один воин и, видимо, зря, потому что тут же упал на колени и так, отчаянно цепляясь за камни, вслед за остальными поехал вниз.

– А ну, давайте в обход! – приказал Вольфгард.

Человек пятнадцать начали карабкаться по каменистым осыпям, стараясь не попадать ногами в маслянистые лужи, коварно поблескивающие тут и там. Они были примерно на полпути к вершине, как вдруг внезапно раздался какой-то непонятный треск, щелканье, и тут же им на головы обрушился целый водопад всякой мерзости: грязь, жидкий навоз, мелкие камни и трухлявые куски деревьев.