— Уже пять часов, милорд, а леди Эндовер говорит, что все прогуливаются по Гайд-парку в пять часов.

— Как стадо овец.

— Очень на то похоже, — согласилась она. — Это одно из тех мест, куда приходят, чтобы посмотреть на других и показать себя. Но мы, по крайней мере, не в театре, где все они ещё и грубо пренебрегают представлением. В самом деле, как досадно, должно быть, актёрам обнаружить, что всяческие их старания… их гений, быть может, даже… перед подавляющим большинством публики растрачивается совершенно впустую.

— Могу поспорить, вам хотелось встать и прочитать им нотацию, мисс Пеллистон.

— Я бы с радостью просто вышвырнула их всех вон. Уверена, мои мысли в тот вечер были столь же кровожадны, как у леди Макбет.

— И часто вас посещают кровожадные мысли, мисс?

— Да. — Кэтрин принялась изучать мысок своей туфельки.

— Какие, например?

— Мне бы не хотелось о них говорить.

— В таком случае, должно быть, они очень порочны.

— Да.

— В самом деле? Это так захватывающе. Скорее рассказывайте.

— Вы дразните меня, — упрекнула Кэтрин.

— Разумеется, дразню. Я ведь знаю, что вас за всю жизнь не посетила ни одна по-настоящему порочная мысль. Бьюсь об заклад, ни единой хотя бы чуточку непристойной мыслишки. Вы даже не понимаете, когда мужчины с вами заигрывают. Если это не наивность, то я тогда не знаю что.

— Недостаток искушённости.

— Тогда просветите меня, Мадам Софистика. Что же такое порочность?

— Вы прекрасно знаете и без меня. Кроме того, я думала, вы сочтёте унизительным, если девчонка двадцати одного года от роду вдруг возьмётся обучать вас пороку.

— Беспутству — может быть. Но я отказываюсь продолжать беседу, если вы не скажете. Ну давайте же, — увещевал он, — поведайте мне кровожадную, порочную мысль.

Кэтрин сердито посмотрела на туфельку.

— Мне хотелось придушить отца, — пробормотала она.

— Бог мой! Отцеубийство! Ох, какое облегчение, — с ухмылкой признался Макс. — Я уж думал, что один такой. Однако у вас, наверное, было больше на то причин. Мой отец, по крайней мере, никогда не пытался заставить сына жениться на ком-то, кто вдвое старше его, да к тому же моется нечасто. Должен признать, этот Броуди — просто омерзительная скотина. Удивляюсь, почему вы не сбежали в тот же день, как получили «радостную» весть.

— Надо было, — мрачно согласилась она, — только я понятия не имела, куда пойти, и нужно было время, чтобы об этом поразмыслить. И ведь, казалось, я всё так тщательно продумала.

Макс взирал на неё с восхищением, растущим по мере того, как Кэтрин, подбадриваемая им, продолжала описывать свои старательные приготовления — сшитую собственными руками одежду гувернантки, разработанный маршрут, который должен был привести её незамеченной на постоялый двор, и утомительное пешее путешествие по полям и нехоженым дальним тропам.

Виконт задумался: будь он на её месте, с этаким-то воспитанием, нашёл бы в себе смелость взяться за столь сложное и рискованное предприятие? Что сказать, Луиза убежала с горничной на буксире, в отцовской карете, да и проехала-то всего несколько миль. А вот у этой молодой женщины не имелось любящих родственниц, что могли бы её укрыть, а только лишь строгая гувернантка, с которой сталось бы отослать девушку назад, прямиком к отцу.

— Никогда раньше не задумывался, насколько женщины благородных кровей скованы светскими условностями, — признался Макс.