Ну вот, теперь все предельно конкретно: 50—100 советских патриотов за одного уничтоженного «фрица», незваным явившегося на нашу землю.

А ведь, казалось бы, чего им, гитлеровским крысам, беситься — как раз в те самые дни, в ночь на 19 сентября, немецкие войска вошли в город Киев, столицу Советской Украины. Героическая и очень кровавая оборонительная операция, начатая 7 июля, завершилась. Наступление германских войск продолжалось, хотя совсем не в таком стремительном темпе, как на то надеялись в Берлине.

У нас сегодня порой рассказывают, что немцы — то есть германские нацисты — на советской территории не зверствовали; это, мол, всякие-разные венгры и румыны старались, а «истинные арийцы» были гуманными и цивилизованными людьми. Впрочем, и массовый коллаборационизм, проявившийся у ряда национальностей, населяющих российскую территорию, сегодня замалчивается чуть ли не на официальном уровне, а сами эти народы почему-то стыдливо именуются «репрессированными» или «депортированными», тогда как их выселение являлось не просто наказанием, но было обусловлено необходимостью обеспечения безопасности тыла сражающейся Красной армии. Но это несколько иная история, которая происходила уже в период победоносного наступления Красной армии…

Оккупанты начинали зверствовать, считая, что любого человека можно запугать. Реакция местного населения оказалась обратной: «На южном участке советско-германского фронта в тылу группы армий “Юг” летом и осенью 1941 г. действовало 883 партизанских отряда и 1700 небольших групп общей численностью около 35 тыс. человек. Из них с войсками Юго-Западного и Южного фронтов взаимодействовали 165 отрядов».

Разумеется, «Маршрутники» оказались далеко не единственной подпольной группой, действовавшей в оккупированном Николаеве. Нам передали копию документа, хранящегося в музее «Подпольно-партизанское движение на Николаевщине в годы Великой Отечественной войны. 1941–1944 гг.» — «Список руководителей подпольных групп Николаевского Центра». В списке этом указаны фамилии, имена и отчества, года рождения, национальности, уровень образования и профессии руководителей групп, а также — графа «Состав группы и где находилась». Уже авторучкой дописано, по какой причине данный человек оказался в оккупированном Николаеве.

Наш герой, открывающий список под номером один, значится в нем как «Корнев Виктор Александрович»; в графе «Профессия» указано: «Работник НКГБ» и дописано: «оставлен со спецзаданием»; его группа значится как «Спецгруппа работников НКГБ».

Далее в списке перечислены (разбивать всё по графам мы не будем): «…2. Бондаренко Всеволод Владимирович, 1913 г.р.; военнослужащий, лейтенант, попал в окружение»; его группа — «сборные, из бывших рабочих заводов». «3. Комков Михаил Антонович, 1918 г.р.; военнослужащий, лейтенант, летчик, самолет которого был сбит»; группа — «сборная, из местных жителей». «4. Зашук Павел Яковлевич, 1908 г.р.; политработник, попал в окружение»; группа — «сборная, из местных жителей и военнослужащих». «5. Воробьев Леонид Иванович, 1908 г.р.; мастер, не эвакуировался; завод А. Марти, с XII — 1941 г., 12 человек». «6. Пульканов Иван Григорьевич, 1914 г.р.; техник судостроения, не эвакуирован; Торговый порт с VII — 1942 г., 9 человек». «7. Нено Николай Елиферович, 1909 г.р.; работник отдела снабжения завода им. 61 коммунара, не эвакуировался; Торговый порт, грузчики». В списке указано также и то, какая судьба постигла каждого из руководителей групп — кто погиб, кто остался жив, но о том мы будем говорить в свое время.