И далее — почти то же самое, только несколько шире в информационном плане: «Летом 1939 года активизируется деятельность нашей агентуры в США. В новом повороте советской политики сыграл большую роль К. Уманский, который, будучи послом в США, одновременно выполнял там функции главного резидента советской разведки после отзыва в 1938 году работников НКВД и Разведупра Красной Армии. В нашей переписке он значился как “Редактор”».

Нигде более мы подобной информации не встречали. Хотя советские послы крайне редко исполняли обязанности резидентов (или резиденты — обязанности послов), но такое все-таки случалось. Может, и в данном случае оно было так, а может — и не так (хотя кадровым сотрудником НКВД Уманский в любом случае не являлся). В общем, оставляем всё на совести литзаписчиков или истинных создателей воспоминаний П. А. Судоплатова — но на Константина Александровича мы всяко обратим внимание, потому как в жизни Виктора Лягина он свою роль сыграл. И вообще, посол — это был главный начальник для любого советского гражданина в стране пребывания. Потом, по возвращении, на него могут «писать телеги» или еще чего — но это уже по приезде, на родной советской земле. А «за бугром» — извините! Там он, как говорится, «и царь, и Бог, и воинский начальник».

Кстати, вот как отзывался о Константине Уманском сотрудник резидентуры, работавший под прикрытием стажера Генерального консульства — известный впоследствии разведчик Герой России Александр Семенович Феклисов (1914–2007), имя которого еще не раз встретится в нашем повествовании:

«Уманского справедливо считали человеком незаурядным. Он начал свою служебную деятельность журналистом, блестяще знал несколько иностранных языков. Перед войной нередко выступал в роли переводчика Сталина. Хорошо владел стенографией, печатал на пишущей машинке, был прекрасным оратором, умел четко излагать мысли, не прибегая к каким-либо запискам. Он сам много работал, подготавливая важные документы, и быстро решал вопросы. Будучи уверен в неизбежности войны с фашистской Германией, продолжал встречаться в Вашингтоне с немецким послом и старался выведать у него нужную информацию».

…Вот такой примерно расклад сил был на «разведывательном поле» к приезду в Соединенные Штаты Америки Виктора Лягина — перед самым началом Второй мировой войны…

Но, прежде чем рассказывать об этой новой странице его биографии, следует уточнить, что к этому времени и в личной жизни Виктора Лягина, и в самой службе внешней разведки произошли существенные перемены.

Незадолго до командировки, 26 апреля 1939 года, Виктор Александрович Ляrин, как официально говорится, сочетался законным браком с Зинаидой Тимофеевной Мурашко, сотрудницей того же самого 5-го отдела ГУГБ НКВД СССР, где он служил, то есть — разведки. К слову, некоторые авторы считают, что это была именно служебная необходимость, чтобы не посылать за рубеж неженатого сотрудника. Возразим! Почему «служебный роман» с последующей свадьбой может случиться где-нибудь в статистическом управлении или в производственном коллективе, а в разведке такого произойти не может? Ведь пара в итоге получилась очень красивая… Хотя ни красота его молодой жены, ни сам факт супружества не уберегли Виктора Лягина от неприятностей, связанных с женщинами. Такой вот был у него характер… Но о том — теперь уже скоро. А пока что расскажем о переменах, произошедших тогда в разведке, точнее — в ее руководстве.

Как известно читателю, с декабря 1938 года 5-м отделом ГУГБ НКВД СССР руководил комиссар госбезопасности 3-го ранга Владимир Георгиевич Деканозов, в полном смысле этого слова — «человек Берии».