Но ведь так не бывает, чтобы всё хорошо! Счастье и удовольствие всегда непродолжительны, и это залог их особой ценности.

Бывший муж, Егор, не дал разрешение на вывоз детей в Швейцарию. И он, конечно же, поинтересовался, на какие шиши его бывшая собралась путешествовать.

- Света, зачем же ты ему призналась? – ахнула я.

- Так он выпытывал, как гестаповец!

- Надо было сказать, что скопила на шесть авиабилетов и три визы из его алиментов. Сурово экономила.

- Он не тупой, понимает, что на его позорные алименты даже месячный проездной не купишь.

Егор решил тоже поправить материальное положение за счёт швейцарских резидентов. Он потребовал от бывшей жены щедрый откат за разрешение свозить детей за границу. Света показала ему средний палец. В результате сэкономила и на визах, и на билетах. Детишки остаются дома. А они-то уже настроились отпилить самолёту хвост на высоте в десять тысяч метров, заготовили напильник и плоскогубцы. И такой облом!

Швейцарской супружеской паре тоже облом. Они мечтали поиграть с очаровательными белобрысыми пацанами. Сразу ясно – в Европе с детьми напряжёнка. Ничего, пообщаются когда-нибудь в следующий раз. Зато их шикарная квартира в престижном квартале Женевы ещё некоторое время будет выглядеть прилично, а не как после нашествия печенегов.

- Какой у меня мерзкий муж, да? – пожаловалась Света. - А ведь когда-то я так его любила! Он был классным парнем. Прыгал вокруг меня, когда была беременной, клубнику приносил и ставил чашку мне на пузо, как на столик. Сапоги помогал снимать – я нагнуться не могла. Рвался на родах присутствовать, но я отказалась. Потом о детях так хорошо заботился, сюсюкал, памперсы менял. Но в какой-то момент всё испортилось. Меня разлюбил, и сразу дети стали не нужны. Как же так? Ещё и вредит! Трудно было разрешение оформить? Мы бы втроём уехали, и на целый месяц.

- Ни за что не давай ему денег, не развращай вливаниями. Сразу же подсядет и будет тянуть бесконечно. Не повторяй моей ошибки. Антон у меня на шее просидел в общей сложности восемь лет. Сидел и ножками болтал. Бывают же такие люди – чпокс, и присосался. А ведь ещё и врастает, пускает корни, как бородавка. Удалить потом можно только хирургическим путём.

- Почему ты ничего не говоришь Виктору? Он бы сразу и кредит твой погасил, и машину новую тебе купил. Он же богатенький. Что ты маешься? Такая гордая?

- А ещё я должна директору круглую сумму за разбитый внедорожник. Об этом тоже сказать?

- Ты уж сразу отстреляйся. Всё подсчитай и объяви мужику окончательную сумму.

- Хочешь, чтобы Виктор узнал, что ему досталась невеста с отрицательным балансом? – тяжело вздохнула я.

- Думаешь, в ужасе сбежит?

– Не знаю… Но что-то мне не хочется превращаться в присоску наподобие наших мужей. Они такие противные, фу. Ай, надоело про деньги! Ты переехала?

Егор, обиженный тем, что ему не позволили за компанию присоединиться к швейцарскому банку, предложил Свете или добровольно освободить однокомнатную квартиру, или начать судебное разбирательство.

- Детям наверняка причитается часть его собственности.

- Конечно, причитается. Но судиться не буду.

- Почему?

- Егор пригрозил, что догадывается, чем я занималась в гостинице «Кастелло» и круглосуточной сауне.

- Чем же ты там занималась, кроме того, что пыталась заработать денег для его детей?

- Трахалась напропалую с клиентами, - горько вздохнула Света. – Егор сказал, обольёт на суде грязью – вовек не отмоюсь.

Пару минут мы молчали, удивляясь низости Светиного бывшего мужа.

- Какие мы с тобой везучие, - сказала наконец я.