- Ещё бы!

- В вагоне у Махваш свистнули сумку и чемодан, недоглядела. Могли бы и голову открутить, пока она с тремя детьми возилась. На перрон в нашем городе красавица выгрузилась уже без денег и документов. К тому же она не знала ни слова по-русски. А родственник не встретил!

- Не встретил? Да как он мог!

- Представляешь себе ситуацию?

- Бедная Махваш!

- По дороге на вокзал родственника остановила полиция для проверки документов. Внешность у него, естественно, такая же колоритная, как и у Махваш: смуглое лицо, чёрные глаза… Проверка затянулась, парень начал взволнованно объяснять, что ему срочно надо на вокзал. Полицейских напрягла его подозрительная эмоциональность, слово за слово, родственник загремел в камеру на двое суток.

- Только этого не хватало!

- Вероятно, ещё и по роже получил. А когда его отпустили – Махваш уже и след простыл. Из Москвы примчался молодой супруг, мужчины начали поиски. А наша бедная Махваш обратилась к одному человеку, потом к другому, к третьему. Подошла к полицейским, они её шуганули. Махваш не понимала, что ей говорят, и сама ничего не могла объяснить. Надо изучать иностранные языки, надо! – бабуля назидательно подняла вверх указательный палец. - К вечеру испуганная мамаша с детьми приткнулась к мафии попрошаек. Они её спасли, приютили, но увезли в другой район города. И там она работала пять дней у торгового центра, вымогая у прохожих рублики. Отрабатывала еду и ночлег. За пять дней превратилась в настоящую грязную оборванку, и малышки тоже. К счастью, они не простудились, не подхватили воспаление лёгких, сидя на асфальте.

…В тот день, когда плачущая Махваш попалась на глаза Соне, бедную девушку опять потеряли. «Менеджер» попрошаек должен был подъехать вечером и забрать её и детей с «точки». Но куда-то пропал. Махваш снова не знала что делать, куда идти, к кому обращаться.

К счастью, она подвернулась Соне. Бабуля приехала в торговый центр в поисках длинных кожаных перчаток синего цвета – они должны были идеально подойти к чёрно-белому пальто с короткими рукавами три четверти и рисунком «куриная лапка». Бабуля увидела рекламу галантерейного бутика в интернете и отправилась за покупками. В результате Сонин улов в тот вечер состоял из синих перчаток, чёрного берета, джемпера, брюк и четырёх девочек.

В понедельник бабуля напялила мой гобеленовый пиджак и отправилась на приём к уполномоченному по правам человека. Чиновница оказалась очень толковой дамой, она тут же взяла дело на контроль. Нашли переводчика, тот поговорил с Махваш по телефону и заявил, что ничего не понимает. Второй переводчик оказался более полезен, Махваш расспросили и приблизительно идентифицировали. Сегодня утром отыскали мужа, который от отчаяния готов был рвать волосы уже не только на голове, но и на ногах. И вот, пока я была на работе, наших черноглазых красоток забрали.

- Я дала Бехрузу свой телефон и адрес электронной почты, чтобы потом прислал нам фотографии… - Бабуля вдруг скривила губки и сделала несчастное лицо. – Как же мы теперь будем одни?

- Не знаю, - покачала я головой.

Мне тоже стало очень грустно. Под ногами не путались, как игривые котята, Ферештех и Гюзель. На руках у Сони не лежала и не таращилась по сторонам стойкая Гюльбадан. На кухне не гремела посудой Махваш.

Квартира опустела.

– Но ты ведь обязательно придумаешь что-то ещё, - вздохнула я. - Не бывает, чтобы у нас ничего не происходило. Правда же?

Звонок в дверь прозвучал сразу же, подтверждая мои слова.