Звонок в дверь прозвучал сразу же, подтверждая мои слова. Мы с бабулей переглянулись. Опять гости?

Это была доставка цветов. Посыльный держал в руках два букета.

- Вам. И вам, - он протянул нам с Соней цветы.

- Витюша прислал, – сразу поняла бабуля. – Ах, милый!

Я отыскала среди розовых бутонов карточку, сложенную вдвое, и открыла её. «Мечтаю о встрече, - было напечатано курсивом. – Соскучился по твоим блинчикам».

А! Это для бабули. Посыльный перепутал букеты.

Надо же, Витя с Соней уже на «ты»! Деловые!

Я сделала попытку поменять букеты. Но бабуля не отдавала, вцепилась и в розы, и в мою карточку. Глаза у неё блестели – восторженно, порочно.

- Что там? Отдай!

Бабуля отпрыгнула в сторону и прижала карточку к себе.

- Что ты хватаешь, Риточка, у тебя, вон, свои цветочки есть.

- Но это моя записка!

- Нет, - закричала Соня. – Дай хотя бы помечтать! И вообще, ты ещё маленькая, тебе нельзя читать такие вещи! Тут «восемнадцать плюс»!

Глава 17

Утром в маршрутке я пристроилась на переднем сиденье, рядом с водителем, поэтому по дороге не пропустила ни одной детали.

Во-первых, увидела что на перекрёстке у торгового комплекса «Кристалл» установили новый электронный билборд - и такой классный! Перекрёсток Т-образный, восьмиполосный, очень напряжённый. Красный сигнал светофора горит пятьдесят пять секунд. А это значит, что почти целую минуту большое количество автомобилей замирает на четырёх полосах дороги прямо перед этим гигантским электронным табло. Люди сидят и смотрят на картинки, мелькающие на билборде, - надо же куда-то глаза девать. Согласна, на красном светофоре многие изучают смартфон. И всё равно, по эффективности воздействия это табло нельзя сравнить с билбордом, который вдруг появляется на обочине и через мгновение исчезает за спиной. Интересно, во сколько обойдётся баннер? Думаю, деньги запросят немалые.

Во-вторых, засекла проезжающий мимо троллейбус с рекламой «Манхэттена». Слоган вился лентой по борту, и это выглядело красиво. А вот верхнюю часть здания безжалостно срезали, хотя она должна была заходить на троллейбусное окно и полностью его закрывать. Ужасно, какой прокол! От досады я возмущённо фыркнула.

Первым моим желанием было схватить телефон и начать названивать Лизе, чтобы она решила два животрепещущих вопроса – разобралась с «отрезанным» зданием и договорилась о размещении рекламы на билборде у торгового комплекса.

Но я со вздохом пресекла этот порыв. Пора смириться с тем, что рекламой в «Армаде» занимаюсь не я. Теперь мой удел – оформление контрактов на автоцистерны и пожарные рукава.

Смуглый водитель мне улыбнулся, и я едва не попросила пустить меня за руль. Сегодня я находилась во власти запретных желаний. Но нет, не буду дёргать Лизу, не буду шокировать водителя странной просьбой.

В обед забаррикадировалась в кабинете – пришлось заколачивать дверь крест-накрест досками, чтобы не проникли зомби, очарованные моей неземной красотой и мечтающие пообщаться. Мало того, что с самого утра мой кабинет превращается в место паломничества - все несут контракты, письма, заявки - так ещё и в обеденный перерыв никакого покоя нет.

А я собиралась связаться с Лозанной.

- Витя, - пожаловалась я, - спасибо за розы, они прекрасны. Но твоя драгоценная Соня не отдаёт записку, которая прилагалась к моим цветам! Посыльный перепутал наши букеты!

- Вот тупица! Я же специально уточнил: белые розы – для молодой леди, красные розы – для элегантной дамы. Какое простое задание – доставить цветы. Но и тут умудряются накосячить. Неужели Соня прочитала записку?

- Прочитала и не отдаёт.