— Что значит, не буду? — нахмурился Шейн.

— То и значит, не буду, и все. И тебе не дам. Майкл, если ты на это решился, то потом всю оставшуюся жизнь будешь себя за это ненавидеть. Неужели ты не понимаешь? По сути, ты же воруешь деньги у законных наследников, у Хоули, которым они принадлежат по праву. Майкл, это самое настоящее воровство. Это не просто одна из твоих очередных уловок, когда ты изображаешь Господа Бога, а тебе за это платят. Ты не можешь пойти на это. Я тебе не позволю.

Вскинув брови, он внимательно посмотрел на ее раскрасневшееся лицо.

— Ангел мой, а как же норковая шубка? И лимузин? Только представь, как бы классно ты выглядела — ты несешься по городу, ветер свистит в ушах, а твои кудри…

— Прекрати, Майкл! — пронзительно воскликнула Люси. — Ты знаешь, как мне нравятся норковые шубы и лимузины, но всю жизнь я обходилась без них, проживу и дальше. Майкл, это не тема для шуток! — В ее голосе слышалась мольба и искренность, она говорила с ним, не обращая внимания на остальных, словно они были наедине. — Майкл, я восхищалась тобой, смотрела на тебя снизу вверх. Я знаю, что ты и раньше не соблюдал каждую букву закона, но ты делал это, чтобы в итоге добиться справедливости. Черт возьми, я верила тебе даже тогда, когда казалось — дальше некуда, и ты всегда оправдывал мою веру в тебя. Не делай этого, Майкл, умоляю! Ты слышишь, умоляю тебя! — Она встала из-за стола, протянув к нему руки.

Шейн не мигая смотрел на нее, на щеках у него залегли глубокие складки.

— Ангел мой, ты верила мне раньше. Поверь и на этот раз.

— Как я могу?! — Это был отчаянный крик, исходивший, казалось, из глубины души. — Это же неприкрытый обман. Мне все равно, о каких деньгах идет речь — о четверти цента или четверти миллиона. Прошу тебя! Если тебе хоть чуть-чуть не все равно, не делай этого.

— Ты знаешь, как я люблю тебя, — сказал он.

— Ты только притворялся. Если ты меня любишь, докажи это. Скажи этой миссис Мередит и ее продажному подручному, чтобы они убирались отсюда. А дневник сегодня же отдай Уиллу Джентри и выбрось это дело из головы.

Майкл Шейн медленно покачал головой.

— Видишь ли, ангел мой, я просто не могу упустить такой случай. Другого такого может не представиться. Поэтому будь умницей и напечатай соглашение в трех экземплярах, — убедительно добавил он. — Даю слово, ты никогда не пожалеешь об этом. Ведь речь идет о четверти миллиона долларов! — В его голосе слышалось чуть ли не благоговение.

— Будь я проклята, если я это сделаю! — Люси отчаянно замотала головой, и по ее щекам потекли слезы. Схватив блокнот, она вырвала страницы со стенограммой и, разодрав их на мелкие клочки, швырнула на пол.

Шейн шагнул к ней и резко схватил за плечо.

— Прекрати немедленно! Ты совсем потеряла голову.

— Да! — воскликнула она. — Впервые за много лет я потеряла голову. Знаете что, Майкл Шейн? Я вас ненавижу и презираю. Мне все равно, что вы на это скажете, но я не позволю вам вытворять над собой такие вещи.

— Кое-что ты забыла, Люси, — холодно сказал Шейн. — Ты моя секретарша… а не жена, так что прекрати…

— Слава Богу, что я всего лишь секретарша, — простонала она сквозь слезы. — Потому что я могу хотя бы уволиться, и я увольняюсь. Прямо сейчас. Я не вышла бы за вас, Майкл Шейн, даже если бы вы были единственным мужчиной на свете… и не останусь вашей секретаршей даже за миллион в неделю!

Стряхнув его руку, она бросилась к двери и захлопнула ее за собой с таким грохотом, что, казалось, затряслась вся комната.