— Завтра меня здесь, возможно, не будет.

Ханна уставилась на песок. Она принялась чертить волнистые линии кончиками пальцев. Джозеф посмотрел на нее:

— Знаешь, я думал, мы вместе.

Ханна закусила губу:

— Так оно и есть.

— Тогда почему ты хотела, чтобы я сделал это?

Она пожала плечами:

— Не знаю. Полагаю, я тогда подумала, что таким образом уладятся все проблемы.

Джозеф, прищурившись, стал всматриваться в дальний конец пляжа и увидел, что одна из морских черепах медленно поползла к воде. Это оказалось для нее тяжелым, мучительным делом: она царапалась, толкалась и закапывалась в песок своими ластами, сопротивляясь гравитации изо всех сил. Но вот нахлынула первая океанская волна и подхватила черепаху, на одно краткое мгновение сделав невесомой, закрутила волчком и потащила в океан, а черепаха оседлала волну как заправский серфер.

— Я больше не хочу заниматься анальным сексом.

Она произнесла это столь уверенно, словно твердо решила не уступать.

Лоно не нужно было даже спрашивать почему. Можно было догадаться и так. Он сделал глоток обжигающего зеленого чая и улыбнулся сидящим по другую сторону стола двум женщинам. Выглядели они прекрасно. Впрочем, им приходилось прилагать определенные усилия, чтобы держать марку. В былые времена хватало одного лишь желания заниматься этой профессией. Но с тех пор мир изменился. Сейчас рынок любви был заполнен до отказа, и если вы хотели выделиться из толпы, то должны были предлагать товар лучшего качества и забыть о страшных шлюхах или потасканных девочках. Любая старая наркоманка сумеет отсосать член. Но нынешний привередливый клиент, парень с солидными денежными средствами, прибывший на острова отдохнуть и немного поиграть в гольф, несомненно, пожелает продукт самого отменного качества — если только он не поклонник той кинозвезды, которую заводят сексуальные свидания с мерзкими поставщиками дешевых кисок и минеты на скорую руку в тесноте машины. Разборчивый клиент непременно возжелает очередную популярную нынче модель, а не какую-нибудь старую развалину. И даже если вы подгоните ему молоденькую, экзотическую красотку, этому капризному парню потребуется нечто большее, чем обычные кувырки на простынях. Он теперь жаждет испытать нечто незабываемое. Он хочет, чтобы кто-то осуществил его фантазии. И готов ради этого расстаться с парой лишних долларов.

Некоторые сутенеры полагают, что достаточно просто отправить дамочек на улицы — и пусть себе работают. Они могут оказаться пятидесятилетними наркоманками, подсевшими на клей, под завязку набитыми вшами и триппером, — это несущественно, пока они исправно приносят домой сотенные бумажки с изображением Бенджамина Франклина. Но тот сутенер, у кого в голове были мозги, повышал ставки в своей игре. Он держался подальше от улиц и старался не привлекать излишнего внимания.

Лоно относился к разряду умных сутенеров. Всякие там наркоманки «страшнее ночи» в его команде не играли. Его девочки должны были следить за физической формой и выглядеть великолепно. Лоно устроил им членство в фитнес-клубе, оплачивал личных тренеров, обеспечил всем, что требовалось, чтобы прийти в форму и не терять ее и впредь. Девушки были молоденькими, но не слишком, и он учил их проявлять общительность, дружелюбие и никогда не терять контроль. Пусть они и одевались вызывающе, выпячивая соски на всеобщее обозрение или слишком открывая ложбинку между грудей, но все они были здоровыми, элегантными и чистыми.

Лоно взял на себя труд стать их личным стилистом. Его девушки представляли собой архетипы. Они наряжались как гавайские танцовщицы, гейши, медсестры, дамочки-дикторы, русалки, подростковые рок-звездочки, девочки из группы поддержки или же миленькие деревенские простушки.