Горский кисло улыбнулся.

— Хорошенькую роль ты мне уготовил…

— Не унывай! Приезжают еще и мои соседи, владелец замка Нимандштайн и его сестра. И вот это гораздо веселее.

— Представляю, — поморщился писатель. — Столетний хозяин этих живописных развалин, его сестрица — старая дева…

— Баронесса юна и очаровательна, барон — настоящий авантюрист…

— Ну да? — Горский заметно оживился. — Подожди, что значит авантюрист? Все мы авантюристы, однако…

— Авантюрист в прямом смысле, как в твоих романах. Он даже в тюрьме сидел…

— Захватывающе! — писатель хлопнул в ладоши. — Теперь я ни за что не уеду, хоть прогоняй… А как же барон ухитрился пуститься во все тяжкие? Полагаю, он не беден? Нимандштайн выглядит не блестяще, но все же замок — это замок. У меня вот нет замка.

— Тут какая-то странная история…

— Еще одна странная история? Ты щедр на них сегодня.

— Так рассказать или пощадить?

— Рассказывай, не томи.

Ланге уселся в кресло и снова взял свой полный бокал.

— Имей в виду, то, что ты услышишь, я бы под присягой не подтвердил… Мне кое-что известно на уровне светских сплетен, но почти ничего — от самого Владимира Кордина.

— Так зовут барона-авантюриста?

— Да.

— Он очень скрытен?

— Думаю, он избегал подобных разговоров не из скрытности. Я могу его понять… Но вернемся к Нимандштайну. Ты видел где-нибудь в России похожую архитектуру?

Налив себе еще вина, Горский пожал плечами.

— Вблизи я замок не осматривал… Но издали… Он бы естественнее смотрелся в средневековой Германии, чем здесь.

— Вот, вот. Это копия старинного немецкого замка… Или имитация — не знаю, существует ли именно такой замок в Германии. Строил его, как уверяют, немецкий архитектор…. А первого владельца никто не видел.

— Как это — никто не видел? — удивился писатель.

— Да нет, кто-то его видел, конечно… Но в Нимандштайне он не жил, а если и приезжал сюда, то редко и словно бы тайком. Потом он продал Нимандштайн вместе с баронским титулом коммерсанту Андрею Кордину, отцу Владимира и его сестры.

— Получается, твой авантюрист — не такой уж и барон?

— Во втором поколении. Но самое занятное впереди… По завещанию старого Кордина, все деньги отходили дочери. Владимир получал только Нимандштайн, но прежде чем вступить в права наследства, он должен был подписать бумагу.

— Какую бумагу?

— Согласно ей, он не имеет права продать замок, заложить его или сдать в аренду.

— Вот так бумага! — воскликнул Горский. — Но, Александр, разве может быть такое завещание? Если Владимир Кордин получил замок, что помешает ему…

— За выполнением обязательства строго следит юридическая фирма, душеприказчики старого Кордина. Все документы у них, и Владимир бессилен что-либо предпринять, если бы он и вознамерился нарушить волю отца.

— Значит, у нового барона Кордина нет ни гроша?

— Сомневаюсь, что у него нет ни гроша, но от отца ему ни гроша не досталось. Он владелец замка, но… Как бы на правах пожизненного нанимателя. И знаешь что, Аркадий… Утверждают, что такое завещание было составлено Андреем Кординым по настоянию прежнего владельца Нимандштайна.