Почти ничего. Почти.

    Единственное, что явилось для него откровением, это то, что кварцевые мины хоть и использовались всего один раз, но было это не в семьсот тринадцатом на Тионисия-2, а в семьсот четырнадцатом на Исилерра-3. Маленькая деталь, небольшая неточность, которая тем не менее наводила на вполне определенные мысли. Потому что сержант Станислас Савойски, по его же собственным словам, принимавший участие в обкатке этих мин, не мог этого не знать. Если он действительно тот, за кого себя выдает…

    * * *

    Самым важным, самым большим и наиболее охраняемым помещением на «Исполине» был медицинский отсек. Именно здесь находился айттер, обеспечивающий десантникам бессмертие. Именно здесь проводились операции по вживлению необходимых десантникам устройств связи, инфракрасного наблюдения, ультра- и инфразвуковой локации. Нынешние десантники сильно отличались от тех, какими они были всего шесть лет назад. Сейчас каждый из них представлял собой боевую машину, в которой от человека мало что осталось.

    Матрицы с десантников снимались еще до проведения подобных операций. И воскрешал их айттер без вживленных устройств - «чистыми», как говорили в десанте. И далеко не всегда была необходимость такие операции проводить - только в самых исключительных случаях. Например, таких, как сейчас.

    Нынешний десантник был способен на такое, о чем шесть лет назад невозможно было и мечтать. Но все это не проходило для него даром. Резервы нервной системы человеческого организма не беспредельны. А вся аппаратура, становившаяся частью десантника, подпитывалась именно за счет нервной системы. И организм постепенно начинал истощаться.

    После имплантации человек мог прожить пять-шесть дней. Потом организм начинал давать сбои - разрушались нервные клетки, отказывало зрение, пропадал слух. Оканчивалось все это остановкой сердца или чем-нибудь гораздо менее приятным. И ни один десантник не доводил себя до последней черты, предпочитая покончить с собой раньше, если…

    Если не было приказа держаться до последней минуты.

    Предстоящая высадка на Парис-2 имела большое значение для Империи. И отправляющихся на планету десантников нашпиговали всем, чем только было можно. И каждый понимал, что, вполне вероятно, им придется пробыть на планете дольше, чем сможет выдержать организм. А значит, им придется умирать - не в бою, а от недугов. Надо ли говорить, что особой радости они от этого не испытывали. Ни от предстоящей смерти, ни от ожидаемой высадки на планету, ни от тех, кто поведет их туда - Кирка ван Детчера и его группы.

    Каждый из группы Кирка брал на себя командование отрядом из пяти человек - больше бы просто не поместились в десантный бот, а брать второй Кирк не захотел. Командирами этих - двух из пяти - небольших отрядов оказывались чужие - кассилианин Тенчен-Син и ксионийка Тас-Кса-Сит, - что не вызвало радости у десантников.

    Кирк подумал, что все эти новшества отразились и на характерах людей, несущих службу. Ему уже приходилось сталкиваться с десантниками, и Кирк хорошо помнил это. Помнил то, что у нынешних десантников пропал и страх перед смертью, и ненависть к противнику. Но появился азарт. Словно в виртуальной игре, где всегда можно начать новый раунд, где смерть - всего лишь проигрыш, пусть даже и болезненный. И секретные статистические выкладки, ставшие известными Кирку не без помощи Патрика Мелони, говорили не в пользу нынешнего состава Имперских десантных бригад. Если верить этой статистике, то количество смертей превышало количество личного состава более чем в семь раз.

    Люди знали, что они бессмертны.