В один из дней, ближе к вечеру, вся группа покинула лабораторию. По словам очевидцев, все семеро вели себя как-то странно - молчаливые, казавшиеся растерянными и задумчивыми сверх обычного. В зоне отдыха кассилианин столкнулся с альгатирейцами. До этого момента он никак не проявлял своей неприязни к ним, но в тот вечер случилось нечто из ряда вон выходящее.

    Безо всякой видимой причины кассилианин напал на альгатирейцев и принялся убивать их одного за другим. Находившиеся тут же остальные трое кассилиан попытались ему помешать. Возможно, им это и удалось бы, но кто-то из людей открыл пальбу из бластера, убил кассилианина из второго корпуса… и еще одного его сородича.

    Пока удалось ухлопать остальных двух кассилиан, ими было убито тридцать семь человек. В возникшей свалке и перестрелке погибли и все альгатирейцы. Из семерых людей, работавших в лаборатории второго корпуса, не пострадал никто.

    Руководитель исследовательского центра мгновенно отправил гневные письма по адресам, где находились айттеры погибших, - он требовал наказать воскресшего кассилианина и вообще всех тех, по чьей вине были подвергнуты опасности научные исследования. Ответ пришел через пять часов, и ответ обескураживающий. Из пятидесяти девяти погибших ожили только четырнадцать. И только тут руководство центра обратило внимание, что многие из тел не подверглись полному саморазрушению, как это обычно бывает с теми, с кого сняты матрицы.

    Все семеро человек из лаборатории второго корпуса, как один, выразили желание покинуть планету и разобраться с этим непонятным явлением. Руководство центра не возражало - видимо, не придало значения тому, что все семеро работали вместе. Люди покинули Парис-2, но на место не прибыли. Они обнаружились в совершенно разных точках галактики. И каждый из них выкидывал какой-то фокус, неизбежно приводивший его к смерти. Кто-то садился за управление флаером и разбивался; кто-то отправлялся на охоту и погибал там; кто-то принимал непомерно большую дозу наркотиков… И все они гибли. Гибли, но не воскресали.

    Между тем работы во втором корпусе центра продолжались. Так или иначе, но большая часть ученых постоянно бывала там. И со временем все они начинали вести себя одинаково - растерянность, глубокая задумчивость, настойчивое желание покинуть Парис-2, глупая выходка на какой-нибудь другой планете, смерть и… все! Никого из них айттеры не оживили.

    Через три недели население Второй Париса составляло всего двести сорок человек. И из них странно вели себя уже двадцать три. Мгновенно была объявлена эвакуация. Всех, в чьем поведении были замечены странности, немедленно переправили на Угара-3 (где находилась Имперская академия, битком набитая учеными самых разных мастей), и подвергли самому пристальному изучению. С них даже на всякий случай были повторно сняты матрицы. Но никаких отклонений обнаружить не удалось, а снятые матрицы оказались «пустышками» - при первой же возможности все двадцать три человека покинули Угара-3, нашли подходящий случай, чтобы погибнуть, и, естественно, не воскресли. После этого на Парисе-2 был объявлен карантин. А дальше Кирку уже и так все было известно.

    Любопытную информацию удалось обнаружить Кирку в одном из документов, связанных с этой самой лабораторией второго корпуса. В планах исследования лаборатории на следующий год значилось изучение феномена кварцевых мин. Тут уж Кирк вцепился в информацию, как хищник в пойманную добычу.