Сан‑Диего

Через неделю после возвращения из Гонконга Нора переезжает границу у Текате, а потом отправляется в долгую поездку в глубь страны, через пустыню и в Сан‑Диего. Она поселяется в отеле «Валенсия», в люксе с видом на бухту Ла‑Холла и океан. Встречается с Хейли, и они вместе обедают в «Далекой бухте». Бизнес идет хорошо, говорит ей Хейли.

Нора рано легла спать и встала тоже рано. Надев спортивный костюм, она отправляется на долгую пробежку вокруг бухты Ла‑Холла по тропинке, вьющейся вдоль скал, которые смотрят на океан. Уставшая и вспотевшая, она, вернувшись, заказывает, как всегда, грейпфрутовый сок и черный кофе в номер, а пока ждет, принимает душ.

Позавтракав, одевается и отправляется по магазинам в Ла‑Холла‑Виллидж. Все модные лавки рядом, в двух шагах, и пока она добралась до своего любимого бутика, у нее уже полны руки пакетов. В бутике она выбирает три платья и идет с ними в примерочную.

Через несколько минут Нора выходит с двумя платьями, кладет их на прилавок и говорит:

– Эти я возьму. А красное я оставила в примерочной.

– Я повешу на место, – обещает хозяйка.

Поблагодарив ее, Нора улыбается и снова выходит в роскошный солнечный денек Ла‑Холлы. На ланч она решает зайти во французский ресторанчик и без труда находит столик в «Брассери». Остаток дня она убивает в кино, а потом долго спит. Проснувшись, заказывает на обед консоме, надевает новое черное платье, красиво причесывается и накладывает макияж.

Арт Келлер припарковался за три квартала от Белого Дома и идет до него пешком.

Он не женат. У него есть только его работа и больше почти ничего.

Кэсси сейчас уже восемнадцать, скоро она закончит Паркмен, Майклу шестнадцать, он – первокурсник в Школе Бишопа. Арт ходит на волейбольные матчи Кэсси и соревнования по плаванию Майкла, потом обычно ведет куда‑нибудь детей, если у них нет никаких других планов. Раз в месяц они встречаются в уикенды – все при этом испытывают неловкость – в его квартире. Он всячески старается развлечь их, но чаще всего они сидят у бассейна с другими «приходящими папашами» и их детьми. Его собственные дети все больше злятся на эти обязательные посещения: они мешают их развлечениям с друзьями.

Арт все понимает и обычно разрешает им отменить встречу, с деланым весельем заявляя: «Ну и ладно, в следующий раз».

Постоянной женщины у него нет. Случались кратковременные связи с парочкой разведенок – удобные траханья, втиснутые между работой и встречами с детьми‑подростками, но они были скорее обузой, чем удовольствием, и очень скоро он прекратил встречаться.

Вечера он по большей части проводит в компании с мертвыми.

Вот они никогда не бывают заняты. Эрни Идальго, Пилар Талавера и двое ее детей, Хуан Парада. Все случайные, ни в чем не повинные жертвы в личной войне Арта против Баррера. Они навещают его по ночам, болтают с ним, допытываются у него, а стоило ли того дело.

Ответ, по крайней мере пока что, – нет.

Арт проигрывает войну.

Картель Баррера теперь получает прибыль приблизительно в восемь миллионов долларов в неделю. Половина кокаина и треть героина, выливающиеся на улицы Америки, поступает через ненавистный картель. И практически все метамфетамины к западу от Миссисипи тоже идут от Баррера.

Власть Адана в Мексике безгранична. Он вновь слепил воедино Федерасьон своего дяди, и он ее полновластный patron . Другим картелям до его могущества, как до неба. Более того, Баррера организовал собственные поставки кокаина из Колумбии. И стал независимым и от Кали, и от Медельина. Наркооперации Баррера ведет самостоятельно, без всякой поддержки извне: от плантаций коки до мелкого торговца на углу, от маковых цветков до наркопритонов, от семян сенсимиллы до брикетов, продающихся на улицах, от сырья эфедрина до «конфеток» из кристаллического «мета».