– Домой?

– Si.  Сейчас ты можешь ехать домой. Спи. Когда проснешься, то будешь уже дома.

И втыкает иглу в вену Эрни.

На укол мексиканской «грязи» требуется всего секунда. Тело Эрни дергается, ноги в коленях чуть приподнимаются и безвольно падают.

Говорят, что уколоться героином все равно что поцеловать Бога.

Арт смотрит на обнаженный труп Эрни.

Лежащий в позе зародыша на куске черного пластика на обочине грунтовой дороги в Бадирагуато. На блестящем пластике матово выделяется засохшая кровь. На глазах все еще черная повязка. Больше на Эрни ничего нет, и Арт видит открытые раны, там, куда вонзали нож и скребли по кости, ожоги от электродов, следы анального изнасилования, множество синяков от уколов лидокаина и героина на руках.

Что же я наделал? – спрашивает себя Арт. Почему за мою одержимость расплачиваться пришлось другому?

Эрни, прости. Я виноват, я страшно виноват перед тобой.

Но я отомщу. Помоги мне Бог.

Копы всюду – federales из полиции штата Синалоа. Полицейские штата прикатили первыми и успешно затоптали место преступления, уничтожив следы шин, ног, отпечатки пальцев – все улики, которые могли помочь в расследовании убийства. Теперь контроль перехватили federales и тоже ходят взад‑вперед, чтоб уж наверняка не осталось ни малейшей улики.

К Арту подходит comandante :

– Не переживайте, сеньор, мы глаз не сомкнем, пока не выясним, кто совершил это жуткое преступление.

– Мы и так знаем кто, – возражает Арт. – Мигель Анхель Баррера.

– Черт подери! – взрывается Шэг Уоллес. – Да ведь похитили его трое ваших уродов!

Арт оттаскивает друга. Он удерживает Шэга у машины, когда с ревом подкатывает джип, из него выскакивает Рамос с криком:

– Мы нашли его!

– Кого?

– Барреру! Надо ехать немедленно!

– Где он?

– В Сальвадоре.

– Но как...

– Маленькая подружка М‑1, видно, заскучала по дому, – говорит Рамос. – И позвонила мамочке с папочкой.

Сальвадор

Февраль

1985

Республика Эль‑Сальвадор – в переводе «Спаситель» – это небольшая страна размером приблизительно со штат Массачусетс, расположенная на Тихоокеанском побережье перешейка Центральной Америки.

Не «банановая республика» вроде своего восточного соседа Гондураса, а республика кофейная, рабочие там такие трудолюбивые, что их прозвали «немцами Центральной Америки».

Но Арт знает: от их стараний им мало проку. Почти всей плодородной землей, большими крупными кофейными fincas  – плантациями всегда владели так называемые Сорок Семей, составляющие около двух процентов населения страны. Чем больше земли отводилось под выращивание кофе, тем меньше ее оставалось для других продовольственных культур, и к середине девятнадцатого века большинство из трудолюбивых сальвадорских campesinos  попросту голодали.

Арт окинул взглядом зеленые окрестности. Все так мирно вокруг и даже красиво – с воздуха, – но он знал, что это земля‑убийца.

Массовые убийства начались в 1980‑х, когда campesinos  стали сбиваться в ФНОФМ – Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти, или в рабочие союзы, а студенты и священники руководили движением за трудовые и земельные реформы. В ответ Сорок Семей организовали милицию под названием «ОРДЕН» – испанский акроним, означающий «порядок», в их понимании, то есть прежний, старый порядок.

ОРДЕН, в большинстве своем состоявший из действующих офицеров сальвадорской армии, сразу приступил к работе.