– Ну так займись, – вмешивается Адан. Стоны и ему действуют на нервы. И если они намерены освободить его, как хочет Адан, разумнее доставить его в хорошей, насколько возможно, форме. В приличной, конечно, вряд ли получится, но все лучше, чем мертвого. И у Адана есть идея, как после освобождения копа взамен все‑таки получить то, что требуется.

Опять связаться с Артуро.

– Героин? – спрашивает Доктор.

– Доктор – ты, – бросает в ответ Рауль.

Героин, думает Адан. Доморощенная мексиканская «грязь».

– Приведи его в норму, – велит он Доктору.

Эрни чувствует, как входит в руку игла. Знакомый укол, жжение, а потом вдруг – блаженное облегчение.

Отсутствие боли.

Вернее, не отсутствие, а вроде как отстранение от нее, будто он плывет на мягком облаке высоко над болью. Наблюдаемая и наблюдатель.

Хвала, хвала тебе.

Матерь Мария Мексиканская Грязь.

Арт в офисе с Рамосом, они изучают карты Синалоа и сравнивают их с донесениями разведки о полях марихуаны и Гуэро Мендесе, пытаясь сузить зону поиска. По телевидению передают официальное заявление мексиканского прокурора: «В Мексике не существует крупных наркобанд».

– Он мог бы работать на нас, – замечает Арт.

Может, в Мексике и не существует, думает Арт, но в США они точно есть. Как только мы узнали об исчезновении Эрни, Денцлер конфисковал груз наркотиков на двух объектах.

Во время облавы на «берлогу» Адана в Сан‑Диего они чуть‑чуть разминулись, но успех все равно был грандиозный.

На Восточном побережье Денцлер опять достиг блестящих результатов, арестовав Джимми Пиккони, Большого Персика, не последнюю фигуру в Семье Чимино. ФБР в Нью‑Йорке переслало результаты слежки, и Арт, просматривая снимки, видит нечто, от чего у него замирает сердце.

На фото толстый Джимми Пиккони и его такой же жирный младший братец, еще несколько других мафиози. Но вместе с ними стоит его знакомый.

Сол Скэки.

Арт звонит Денцлеру.

– Ну да, есть такой, Сальваторе Скэки, – подтверждает Денцлер. – Гангстер из Семьи Чимино.

– В шайке Пиккони?

– Скорее всего, нет. Он типа министра без портфеля. Отчитывается прямо самому Калабрезе. И представляешь, Арт, этот парень был когда‑то полковником армии США.

Черт подери, думает Арт.

– И еще кое‑что, – добавляет Денцлер. – Этот Пиккони. Джимми Персик. У него ФБР уже несколько месяцев как поставило жучок. Он прям трепливая бабешка. Чего только не болтает.

– И насчет «кокса»?

– И это тоже. И про оружие. Похоже, его шайка вовсю торгует награбленным оружием.

Арт переваривает новость, но тут звонят по другой линии.

Шэг хватает трубку и резко окликает:

– Арт!

Оборвав разговор с Денцлером, Арт берет другую трубку.

– Нам нужно поговорить, – слышит он голос Адана.

– Откуда мне знать, что он у тебя? – спрашивает Арт.

– Внутри его обручального кольца надпись «Eres toda mi vida».  (Ты вся моя жизнь.)

– Откуда мне знать, что он еще жив?

– Хочешь, чтоб мы заставили его повизжать для тебя?

– Нет! Называй место.

– Собор, – говорит Адан. – Отец Хуан – гарантия безопасности для нас обоих. Арт, замечу хоть одного копа, твой парень – труп.

По проводам до Арта доносятся приглушенные стоны и слова, от которых его сердце чуть не останавливается:

– Что ты знаешь про операцию «Цербер»?

Арт преклонил колени в исповедальне.

Их разделяет решетка, Арт не может разглядеть лица за ней.