Оценил реакцию гостей и продолжил:

– Уточняю. Те герцогские воины, что прячутся сейчас по подвалам и погребам и режут при случае моих людей и орков, будут прощены, если сдадутся в течение семи дней, начиная с послезавтрашнего рассвета. Я все понимаю, что в хашар неохота, но что делать, нужно же нам как-то гарантировать вашу лояльность. Ничего личного, почтенные господа, ничего личного. Войско герцога разбито, и большое количество рабочей силы нам просто не нужно, так что у этих воинов хорошие шансы только поработать на восстановлении Арберда вместе с теми молодыми людьми, что трудятся там сейчас, и быть распущенными по домам, как мы архипелаг полностью под себя возьмем. Верность и храбрость я ценю, поэтому их действия понимаю, те у кого будет на то желание, позже могут и в войско вступить. Ничего против людей в нем не имею, даже если они против меня воевали, главное, чтобы мне и после присяги верны были.

Подождал вопросов, вопросов пока не последовало.

– Второй вопрос, это своды законов, по которым вы отныне будете жить. Как вы в большинстве купцы, то вам будет приятно узнать, что размер налогов устанавливается в десятину от нажитого.

Вот тут людей проняло, после милостивого разрешения все начали между собой шушукаться, осторожно поглядывая на меня. Я подождал, пока новость немного переварится, остановил жестом Оттокара, собравшегося задать вопрос, и продолжил:

– Как ваши переписчики размножат выданное, пришлете их в замок. Когда их прислать – сообщим дополнительно. Законы тогда чего-то стоят, когда написаны на пергаменте, – вовремя ввернул слышанную в Аргайле поговорку, кстати, законодательные акты в этом мире по традиции действительно писались и размножались для общественности только на выделанной коже и только писцами с государственной аккредитацией. – С запасами пергамента, естественно. Законы, по которым вы отныне будете жить, записывать будут.

– Купец Терн Хайнер, господин, можно вопрос задать? – с достоинством поклонившись, осмелился подать голос один из гостей, широкоплечий старик лет шестидесяти с загорелым морщинистым лицом под шапкой седых волос. Почти все начали на него коситься как на идиота, кроме местного Лужкова и еще пары человек. Хороший тест для выявления перспективных клиентов. С кем можно работать, а кого можно использовать. Я кивнул, разрешая.

– Что делать тем, у кого писцов нет? Я простой купец, что потерял почти все нажитое, и от дела моего у меня мало что осталось… Верфями владел, что вы пожгли да на требучеты пустили. Из людей кто погиб, кто бежал. Ну, нет у меня переписчиков, что законы писать годны, хоть казните, хоть нет… Их и раньше на острове по пальцам было пересчитать… – Махнул рукой и уставился на меня, ожидая решения. Не трус, у соседей были основания считать его свихнувшимся, после порки ростовщика на их глазах и уже подсыхающих брызг крови на полу.

– Искать, – милостиво улыбнулся я старику, увидав явное облегчение в его глазах. Разделить судьбу предыдущего оппонента он явно опасался. – Сейчас мне не до законотворчества, так что время таких переписчиков найти у вас есть. Тем более что это в ваших интересах. По одной копии свода законов достанется вам лично. Так сказать на память, чтобы изучили на досуге. Ратушей и судьями ограничиваться не будем. А если не найдете – пожалеете. Людские беды орка не волнуют. – Вовремя я перефразировал известную поговорку, даже опустив некультурный вариант. – Остров большой, грамотных людей много, захотите – найдете. Дней десять у вас есть. Если не касаться моего указа что у вас на руках, его хоть пишите сами, хоть заставляйте жен. Но чтобы послезавтра остров знал, что скрывающимся от нас воинам обещано прощение.

В разговор вступил мэр, решивший поддержать конструктивный диалог:

– Городской голова Арберда, Оттокар Вайд, господин.