|
Впрочем, я отвлекся, о чем это я говорил? Да, конечно, о моих будущих подданных, как я рассчитываю. Итак, орки разбиты, попрыгали на свои корабли и смотались, унося награбленные сокровища. В результате ты мой друг остаешься наедине с радостным победителем, которому тоже что-то грабить надо, чтобы отбить затраты на поход. Крепкие места на архипелаге порушены, большинство воинов перебито, живут тут богато, значит, золота попрятали много, как ты думаешь, не попытается ли кто спрятанное от орков в благодарность за освобождение подчистить? Тут вспоминаем еще и как вас любят в окрестном мире.
– Герцог не даст, – включился в разговор Бран. Вот и все. Он мой, хотя сам этого еще не знает. Феодализм на дворе. К смене хозяина относятся философски, лишь бы лично не касалось. Понятие «патриотизм» как таковое еще не оформилось. – Как я тебе и говорил, почтенному герцогу до прибытия помощи еще надо дожить. А если сбежит, бросив войско, то вообще засунет язык в ж…у, потому что своей силы за спиной нет. Не качают права, опираясь на чужие мечи. Это не считая того, что он тут и выгоду получить может. Бран не понял, о чем я, на лице возникла забавная слегка недоуменная мина. – Сколько вы платите герцогу или его рыцарям с похода?… Молчание и попытки обдумать мои действия, понять, что мне надо. – Я жду ответа! – Десятину, – неохотно ответил Бран. – И, разумеется, пытаетесь обмануть, а в замках уверены, что постоянно обманываете. Постоянные склоки касательно жадности благородных и так далее. – Я почти непритворно вздохнул. – Знакомая картина. Ну, это все понятно. Объясняю как можно проще. Если сэр Майт отходил бы тебя на улице плетью, ты бы его убил? Жертва моего красноречия слегка ухмыльнулась. – Не испытывай моего терпения. Если я что-то спрашиваю, то хочу выслушать прямой, точный и ясный ответ. Твои улыбки мне тут не нужны. Я ясно выражаюсь? – Понятно, ваша светлость. – Слегка склонил голову Бран. – Да, я бы его убил. – И как? – Последний вопрос в принципе было лишним, я просто заполнял всплывшую лакуну касательно порядков на острове до нашего прибытия, касательно конфликта авторитетный бюргер/свободный общинник и благородный, с другой стороны. – Дуэль, – пожал плечами Бран. – Если в суд придет, может и откупиться. – С благородным? – уже непритворно удивился я. Меряние степени обиды в денежном экваливенте было понятно. – У него разве кровь другого цвета? – Бран воспрял на глазах. Пусть на данном этапе запугивания уже лишние, мне от него осознанное решение, каким бы оно ни было, нужно. – У нас не материк. Те, у кого спеси больше, чем мозгов, тут долго не заживаются. Не захочет сам – втолкнут в круг насильно, коли судья решит. Коли доживет до того… – Мрачные личности встретят в темном переулке? – Вроде того, ваша светлость. Не хочет по чести дела решать, пусть себя винит. – Как понимаю тогда уже поединок один на один ожидать глупо? – хмыкнул я, вкурив суть темы. – Ага, – повел тот плечами и поморщился, руки вчера неплохо вывернули, и, подумав, добавил: – Ваша светлость. – А потом не повесят? – Свои знают, кого можно бить, а кого не стоит. Общество вступится. Если даже родством с Харлахом не связан. У меня бабка герцогская дочка. Я поднял брови… Он это заметил и пояснил: – Из младших. Владетельные семьи сильно родством связаны, лишних дочерей часто за успешных хевдингов отдают. Дед с большой удачей ходил. – Так вы с Майтом родственники были, выходит? – Выходит так, – осторожно пожал он плечами. |
