Тристан холодно посмотрел на нее, и в голосе его прозвучало наигранное удивление:

— Неужели ты не хочешь побыть с человеком, который должен стать твоим мужем?

Хейд покачала головой:

— Нет, пожалуйста, милорд… Не делайте этого. — Она почувствовала, как глаза ее наполняются слезами. — Милорд, я не выдержу…

Дональд вдруг ринулся к стене и с диким ревом принялся молотить по ней кулаками.

Хейд в ужасе вскрикнула и попятилась, оказавшись за широкой спиной Тристана. А Дональд орал:

— Заткнись, сука! Заткнись! Найджел прислал тебя сюда для меня. Ты моя! — Он посмотрел на Тристана, и лицо его исказилось жуткой гримасой. — Оставь ее у меня!

— Я не принимаю от тебя приказаний, мерзавец, — сквозь зубы процедил Тристан. — Дай мне нужные сведения, и тогда я, возможно, тебя отпущу.

— Мне нечего тебе сказать, негодяй! — прохрипел Дональд. — Ее обещал мне лорд Найджел, и она будет моей!

— Вот и хорошо, — ответил Тристан, усмехаясь. Хейд приготовилась отбиваться всеми силами, если только ее попытаются втолкнуть в темницу к Дональду. Но, к ее величайшему удивлению, Тристан отвернулся от решетки и бросил через плечо:

— Тебе следовало бы помнить: Найджел — в Сикресте. И ты сгниешь здесь еще до того, как он придет за тобой.

Взяв девушку за руку, Тристан зашагал по коридору.

— Эй, Хейд, — вопил Дональд, — ты моя! Ты моя, моя прекрасная леди! Ведь у нас есть соглашение!..

Какое-то время Тристан тащил девушку вверх по лестнице. Когда же голос Дональда затих в отдалении, он остановился у одного из факелов и внимательно посмотрел в залитое слезами лицо Хейд.

Она всхлипнула и пробормотала:

— Пожалуйста, милорд… Милорд, вы не должны его выпускать. Дональд, он…

— Значит, ты не по своей воле согласилась обручиться с ним? — перебил Тристан.

— Нет, не по своей. — Хейд покачала головой. — Просто у меня не было выбора, и я…

— Но почему, Хейд? Почему Найджел хотел выдать тебя за простолюдина, когда брак с дворянином был бы для него выгоднее?

— Потому что лорд Найджел решил… Я не хочу возвращаться в Сикрест, — прошептала Хейд, утирая слезы.

— Успокойся, Хейд, успокойся. Если ты хочешь, чтобы я тебе помог, ты должна мне все подробно объяснить. Скажи, какая опасность грозит тебе в Сикресте.

— Ты не сможешь помочь мне, — пробормотала девушка с вздохом.

— Не смогу. — Тристан медленно поднял руку и утер слезинку с ее щеки. Потом вдруг наклонился и нежно поцеловал ее.

Хейд снова вздохнула.

— Не надо проявлять ко мне доброту, Тристан. И помогать мне не надо. Но я очень беспокоюсь за сестру…

— А я беспокоюсь не за твою сестру, а за тебя.

Тут он опять поцеловал ее, и на сей раз поцелуй длился гораздо дольше. Веки Хейд затрепетали, глаза закрылись, и одинокая слезинка, скользнувшая по ее щеке, заплутала между их слившимися в поцелуе губами. Наконец, прервав поцелуй, Тристан тихо сказал:

— Хейд, нам надо поговорить. Нам надо многое обсудить.

— Да!.. — выдохнула она, все еще наслаждаясь его поцелуем. Внезапно глаза ее открылись, и она поспешно проговорила: — То есть, нет, конечно. Возможно, потом, когда ты будешь женат…

— Тихо… — Тристан приложил палец к ее губам. — Наше с Солейберт обручение не продлится долго.