– Без презерватива? Трудно предположить.

– Да, – согласилась Серена. – В общем, о ее личной жизни нам ничего не известно. И тем не менее находится человек, который ненавидит ее до такой степени, что даже отваживается на убийство. Замечательно. Будем надеяться, что у нее во «Дворце восторга» или в других клубах есть подружки, которые нам хоть что-нибудь разъяснят.

– Не очень-то я в это верю, мамочка, – усмехнулся Корди.

– Я тоже. Хорошо. Давай еще раз все просмотрим, проверим себя – не пропустили мы чего-либо. А то сейчас придут наши бизоны, натопчут, перепутают все. Я беру комнату и кухню. Начали.

Она опять неторопливо оглядела комнату, все углы, поползала по полу, даже просмотрела коробки с дисками, лежащие возле стереосистемы, и снова ничего не обнаружила. Серена с удивлением отметила, что Кристи любила джаз. Она тоже обожала валяться на кровати, слушая джаз. Давно, когда Серена была подростком. Потом она выросла и полюбила кантри. Серена считала, что джаз – музыка беды, а кантри – ритм жизни.

Корди тихо засвистел.

– Что там у тебя? – воскликнула Серена.

Корди молчал. Заинтригованная странным поведением напарника, Серена торопливо вернулась в спальню. Корди сидел на полу, скрестив ноги. Матрас, отличного качества, на всю кровать, был наполовину стянут с нее. Рядом с Корди лежала стопка газет. Захваченный чтением, Корди переводил взгляд с одной статьи на другую.

– Ее секретный архив? – поинтересовалась Серена.

Он кивнул.

– Подождал бы экспертов, прежде чем его вытаскивать, – укоризненно произнесла Серена. Поддавшись любопытству, она приблизилась и спросила: – Что там?

Корди отодвинул в сторону газетный разворот.

– Так сколько, по-твоему, дней она пролежала в пустыне?

Серена пожала плечами.

– Дня три-четыре, не более. А что?

– Знаешь, мамочка, у нас с тобой возникли проблемы, – отозвался Корди.

Глава 37

В четверг утром, в шесть часов, Андреа выскользнула из-под одеяла и начала собираться на работу. Страйд открыл глаза и, не шевелясь, наблюдал за ней в темноте спальни. Андреа сбросила белую ночную рубашку, стянула, скатав, трусики. За три прошедших года ее тело стало мягче и полнее, но все еще оставалось привлекательным.

– Привет, – тихо произнес он.

– Себе скажи, – ответила Андреа, не глядя на него.

– Как я называл тебя сегодня?

– Не смешно, Джо. – Она покачала головой.

– Я знаю. Извини.

Прошлым вечером они с Мэгги допоздна допрашивали подозреваемого, азиата, замешанного в распространении наркотиков, связанного с преступной группировкой. Закончили в час ночи. Правда, в последние несколько месяцев он и не приходил домой раньше.

– Хотя бы звонил иногда, – промолвила Андреа. – Три ночи подряд тебя не было. Я уже и не знаю, когда увижу тебя в следующий раз. Самой звонить? А куда? Там тебя нет, тут – нет.

– Расследование сложное…

– Мне безразличны твои расследования! – перебила она его. – У тебя они все сложные. Не одно, так другое.

Страйд промолчал. Андреа права. С каждым днем становилось все хуже и хуже. Он прекрасно понимал, что может поручить вести дело подчиненным. Даже Два-К начал подозрительно коситься на него и однажды заявил: «Ты ищешь любую причину, чтобы домой не ходить?» Он ответил, что нет, но в душе сам не был в этом уверен.

– Как сестра? – спросил Страйд.