– Как сестра? – спросил Страйд. – У меня такое чувство, как будто я тебя с тех пор не видел.

– Так оно и есть. Ты о ней ничего не спрашивал. Тебе неинтересно, как я съездила. Ты и про меня совсем ничего не знаешь. – Андреа стояла, положив руки на бедра. Она побрела в ванную комнату, хлопнула дверью и щелкнула замком. Страйд услышал плеск воды.

Проблемы возникли около года назад. Два года они прожили в относительном спокойствии, избегая конфликтов тем, что даже не упоминали о них, но с недавнего времени все их беды как-то сразу всплыли на поверхность. Началось с вопроса о детях, которых Андреа отчаянно хотела, а Страйд – нет. Он говорил, что в его возрасте детей не заводят, что, когда они оперятся и вылетят из дома, ему будет за шестьдесят.

Но Андреа настаивала. Через полтора года после замужества она под недовольное ворчание Страйда перестала пить противозачаточные таблетки. Они занимались любовью каждый день, довели себя до такого состояния, что уже не видели в сексе ни любви, ни романтики. Однако как бы они ни истязали себя, у них ничего не получалось. Страйд притворялся разочарованным, но иногда опасался, что Андреа заметит на его лице скрытое облегчение. Андреа была уверена – и Страйд знал об этом, – что если бы у нее с первым мужем был ребенок, он никогда не ушел бы от нее и они продолжали бы и по сей день жить в мире и благополучии. Андреа боялась, что если не родит сейчас, то потеряет и Страйда. Поэтому она считала себя обязанной забеременеть.

Но этому не суждено было случиться.

Страйд неустанно повторял ей, что отсутствие детей ничего не меняет в его отношении к ней. В ответ глаза Андреа делались страдальческими. Примерно год назад выражение отчаяния уже не покидало ее лица. Именно тогда между ними начало возникать отчуждение.

Страйд услышал, что шум воды прекратился.

Дверь открылась, из ванной комнаты вышла обнаженная Андреа и посмотрела на него. Он видел капли, стекающие с ее тела на пол. Она закусила нижнюю губу, по ее лицу он догадался, что она плакала. Они долго молча глядели друг на друга.

Андреа выглядела испуганной, словно прочитала его мысли.

– Нам нужно поговорить, – сказала она.

Страйд мгновенно сообразил, о чем будет разговор. О разводе. В последнее время он ждал, кто начнет его первым.

– Прости меня, – прошептала Андреа.

– Это меня нужно прощать, – промолвил он.

Страйд широко раскинул руки, и она бросилась к нему. В ее голубых, с красными прожилками, глазах он увидел желание. Страйд взял в ладони ее лицо, погладил, и они оба слабо улыбнулись, стараясь отогнать боль. Он чувствовал на себе ее жаждущее тело и инстинктивно ответил. Страйд шевельнулся, торопясь войти в нее, но Андреа легонько оттолкнулась от него, перекатилась на спину, пощипывая его плечи. Он последовал за ней, лег сверху, обнял Андреа за шею. Страйд хотел поцеловать ее, но она отвернулась. Он почувствовал, как ее колени согнулись и поползли вверх. Андреа не двигалась, просто впускала его в себя. Секс был коротким и не принес удовлетворения. Страйд расслабленно вздохнул, опустился на нее. Несколько минут они лежали, согревая друг друга. Потом он ощутил легкий толчок в грудь, означающий, что Андреа нужно вставать. Она поцеловала Страйда, слабо проведя губами по щеке, и быстро, чтобы не дать ему дотронуться до себя, поднялась с постели.

Он услышал, как она снова отправилась в ванную комнату и через минуту вернулась, стала одеваться. Андреа приблизилась к двери, задержалась на секунду, посмотрела на Страйда, отвернулась и вышла.

Его беспокойный сон прервал телефонный звонок. Страйд вздрогнул, открыл глаза, увидел часы и, застонав, потянулся к трубке. Половина десятого. Час назад он должен был открывать утреннее совещание.

– Извини, проспал, – забормотал он.